Вы читаете
Бесславные подрывники. История двух подозреваемых в деле Шеремета — и целой криминальной системы. Часть 1

Бесславные подрывники. История двух подозреваемых в деле Шеремета — и целой криминальной системы. Часть 1

Leonid Ragozin
Бесславные подрывники. История двух подозреваемых в деле Шеремета — и целой криминальной системы.

Важное предисловие редакции

Убийство журналиста Павла Шеремета — одно из самых страшных преступлений, совершенных на территории современной Украины после расправы над основателем «Украинской правды» Георгием Гонгадзе. Взрыв в центре Киева не просто унес жизнь известного телеведущего, яркого публициста, автора документальных фильмов и учителя многих украинских медийщиков: он лишил журналистов чувства защищенности. А из-за того, как полиция проводила расследование и пыталась ограничить проникновение информации о нем в СМИ, во многих укоренилось недоверие к МВД и лично главе ведомства Арсену Авакову. Поэтому мы считаем своим долгом расследовать убийство нашего коллеги Павла Шеремета, а также изучить работу полиции по этому делу под микроскопом.

Команда расследователей Забороны проанализировала 6,5 тысяч номеров и более 2 млн телефонных и интернет-соединений за 2016-й и частично 2018-2019 годы, содержащихся в биллингах граждан, которых МВД посчитало либо причастными к убийству, либо имеющими значение для раскрытия преступления. Это отчеты о звонках, интернет-данных и других мобильных соединениях, которые мобильные операторы предоставляют по запросу правоохранительных органов. Также мы изучили всю информацию из доступных нам материалов уголовного дела, которые полиция передала на ознакомление адвокатам подозреваемых.

Мы пришли к выводу, что следователи формулировали обвинение в отношении подозреваемых на основании их связей с людьми, которые знакомы между собой. У них криминальное прошлое и есть навыки взрывотехники. Прямых доказательств в этом деле нет. При этом отсутствуют упоминания о сотрудниках Службы безопасности Украины, которые могли иметь отношение к слежке за Шереметом и, возможно, к организации убийства.

Нас также удивило то, что в процессе расследования следователи запросили некоторые биллинги только в конце 2019 года: нет, например, отчетов за 2016 год по некоторым фигурантам от операторов Vodafone и Lifecell. Эти мобильные операторы сообщили МВД, что срок хранения данных — 3 года — уже истек. Поэтому по некоторым фигурантам мы смогли проанализировать только данные «Киевстара». Мы считаем, что в утерянных биллингах могли содержаться телефонные номера людей, которые полиция не хотела «светить». Информация об этом могла бы пролить свет на скрытые от общественности данные.

Кроме того, избирательный подход к проверке свидетельских показаний, который полиция задействовала в других эпизодах следствия (например, в том, который мы описывали в двух частях нашего предыдущего расследования), не вызывает доверия. Как и обещание МВД исследовать новую версию, озвученную бывшим замкомандира группы беларуского МВД «Алмаз» Игорем Макаром о возможном планировании убийства Шеремета в 2012 году.

Сейчас все выглядит так, что полиция уже назначила виновных и не будет отходить от озвученной на брифинге в декабре 2019 года версии. Мы требуем от МВД более тщательного расследования убийства нашего коллеги и проверки всех фактов.

В деле об убийстве журналиста Павла Шеремета есть два непростых человека, о которых общественности мало что известно, хотя в МВД их называют соучастниками преступления. Это Инна и Владислав Грищенко. Журналисты Забороны вместе с независимым журналистом Леонидом Рагозиным провели расследование и выяснили, что они — часть сети, которая связывает криминал с силовыми структурами и высшим руководством Украины. Кто эти люди и как они оказались в деле об убийстве Павла Шеремета — читайте в нашем расследовании.


Прошло больше года с момента задержания подозреваемых в убийстве журналиста Павла Шеремета, но ясности с их ролью и степенью причастности к нему по-прежнему нет. На скамье подсудимых находятся арестованные в декабре 2019 года волонтёры АТО Яна Дугарь, Андрей Антоненко и Юлия Кузьменко. Антоненко все это время пребывает в СИЗО, остальные — под домашним арестом.

«Мы считаем их только исполнителями, которых вдохновляли их кураторы», — говорил о них замминистра внутренних дел Антон Геращенко в интервью РБК-Украина.

Следователи также назвали подозреваемыми Инну и Владислава Грищенко, хотя формально подозрение им никто не объявил до сих пор. Начальник криминальной полиции Евгений Коваль заявил, что все пятеро являются исполнителями убийства Шеремета. А Геращенко сказал, что молчание пары Грищенко мешает следователям выйти на предполагаемых «кураторов».

«Мы же не работаем по таким методам, как в Кагарлыке [речь идёт о широко известном инциденте с пытками в отделении полиции]. Если бы работали, то «Пума» и «Буча» давно бы всё рассказали», — сказал Геращенко.

«Буча» из Бучи, «Пума» из СИЗО

«Пума» — это позывной Инны Грищенко, а «Буча» — ее мужа Владислава Грищенко. Свое прозвище он получил в Бучанской колонии. До января 2014 года Инна Грищенко работала в Бучанской колонии и Лукьяновском СИЗО, а после увольнения ушла воевать на фронт. Вместо официальных вооруженных сил она выбрала незарегистрированный добровольческий украинский корпус (ДУК) «Правый сектор».

«Дело в том, что понимая на тот момент состояние нашей армии, идти туда я однозначно не хотела, — объясняет «Пума» в интервью Забороне. — Нужна была свобода действий. Отношение в ДУК «Правый сектор» было абсолютно нормальным. Там было странно, но [было] очень много бывших правоохранителей. Были и опера, и следаки, и СБУшники, которые имели специальные знания».

В отличие от других никогда не замеченных в криминале подозреваемых, супруг Инны Влад Грищенко — не только пять раз судимый за тяжкие преступления рецидивист, но и специалист по взрывчатке, который не скрывает своих навыков. Его супруга подтвердила Забороне, что он сапер. Именно от взрыва бомбы, установленной в автомобиле, погиб Павел Шеремет.

Случай в Петропавловке

Влад Грищенко — профессиональный киллер. Он сам признавался в этом в октябре 2017-го в сюжете на ICTV, посвященном самому громкому его делу, которое разворачивалось в тот же период, что и убийство Шеремета.

Согласно официальной, обнародованной полицией версии, в июне 2016 года к Грищенко обратился фермер из Днепропетровской области Петр Генык. Он предложил 30 тысяч долларов за убийство другого фермера, Владимира Зоренко (правда, в сюжете Зоренко говорит о 40 тысячах). В этот момент Грищенко числился сапером в 95-й аэромобильной бригаде ВСУ и находился в расположении части в Славкурорте (Донецкая область). По словам его жены Инны, вместо того, чтобы выполнить заказ, Влад Грищенко сообщил об этом контрразведчику, находившемуся в части, и по согласованию с ним сдал заказчика. Это подтверждает Забороне и сам «Буча». Он говорит, что сотрудник контрразведки передал информацию в полицию.

Чтобы взять заказчика с поличным, полицейские решили руками «Бучи» инсценировать убийство Зоренко. В середине июля полиция установила на его автомобиль прослушку, а на самого Грищенко — и скрытую камеру, чтобы он фиксировал переговоры с заказчиком. В середине августа 2016-го инсценировка состоялась, и Влад Грищенко отправил заказчику фотографию якобы убитой жертвы. В начале сентября предполагаемый заказчик Петр Генык был арестован в Ивано-Франковской области, и полиция отчиталась об успешно проведённой операции.

По словам Инны Грищенко, они до сих пор поддерживают хорошие отношения с фермером, убийство которого было инсценировано. Например, в интервью Забороне она сообщила, что праздновала у него Новый год, и что тот «каждые две недели отправляет передачку [«Буче»] в СИЗО».

В интервью Забороне Зоренко рассказал, что познакомился с Петром Геныком в Петропавловке в банке, который выдавал кредиты под сельскохозяйственные проекты. Банк предложил его фермеру в качестве поручителя по кредиту. «А он взял цель на то, чтобы отобрать хозяйство», — говорит Зоренко. С Владиславом Грищенко, сдавшим заказчика, он познакомился гораздо позже: в инсценировке убийства тот не участвовал. Фермер говорит, что впервые они увиделись уже после того, как полиция расследовала дело, заведенное против Геныка.

«Пума» здесь и «Пума» там

История с инсценировкой убийства фермера по большей части подтверждается биллингами (отчетами о звонках, интернет-данных и других мобильных соединениях, которые мобильные операторы предоставляют по запросу правоохранительных органов) телефонных переговоров супругов Грищенко, которые имеются в деле Шеремета. В течение всего лета 2016-го супруги активно общаются с днепропетровскими следователями и прокурорами: оперативником Дмитрием Патрелюком, начальником отдела уголовного розыска Днепропетровской области Дмитрием Лагутенковым и его замом Сергеем Юркевичем. Период наивысшей активности общения между «Бучей» и Патрелюком приходится на дни, предшествовавшие гибели Павла Шеремета (его убили 20 июля), хотя сама инсценировка произойдет только через месяц.

Биллинги также показывают, что до момента убийства журналиста супруги Грищенко находились далеко за пределами Киева. Например, телефон «Пумы» определялся в Петропавловке — селе Днепропетровской области, где зарегистрированы компании предполагаемого заказчика убийства фермера Зоренко — Петра Геныка. В том же районе был и телефон «Бучи». Но интересно то, что, согласно тем же биллингам, со второй половины 19-го до полудня 20 июля (то есть в период закладки бомбы и подрыва машины Павла Шеремета) телефоны обоих супругов были неактивны: не было ни звонков, ни интернет-трафика. Поскольку дорога из Петропавловки до центра Киева занимает около 9 часов, то теоретически этого времени могло — правда, впритык — хватить на то, чтобы съездить в Киев на машине и вернуться обратно.

История двух подозреваемых в деле Шеремета — и целой криминальной системы.

Несмотря на четкие данные биллингов, Инна Грищенко отрицает, что была в Петропавловке в указанные дни. Она сообщила Забороне, что с 19 по 20 июля «находилась либо в больнице, либо дома». В тот момент она жила в коммунальной квартире на ул. Курская, 5 в Киеве. Влад Грищенко утверждает, что с 19 по 20 июля находился в своей военной части в Славкурорте. Его жена говорит, что он был «либо на передке в Авдеевке, либо дома в Киеве». Но это тоже неправда: 19 июля его телефон определяется в Петропавловке, а 20-го — в 18 километрах от нее, в Первомайском. «Буча» находился в районе Петропавловки, судя по биллингам, две недели с 10 по 21 июля (в этот день он уехал в Киев). А в расположении части его, согласно биллингам, в общей сложности не было целый месяц: с начала июля по начало августа.

Биллинги также показывают, что «Пума» поехала в Петропавловку 14 июля и уехала оттуда вместе с мужем 21-го. В эти же дни она разговаривала по телефону с оперативником Патрелюком.

Петропавловка могла бы стать алиби для пары в деле Шеремета, однако «Пума» несколько раз повторила, что не только не была там в указанный период, но и не имела отношения к инсценировке убийства фермера Зоренко.

Непонятная квартира

История с фиктивным убийством фермера имела странное продолжение. «Заказчика» Геныка в суде практически сразу отпустили на свободу за отсутствием доказательств. Заборона связалась с ведшим дело бывшим опером Патрелюком, однако тот отказался от комментариев, сославшись на подписку о неразглашении. Инна Грищенко объясняет это так:

«Это Днепропетровщина. Там все очень связано с фермерами, с нариковским бизнесом [Нарик — днепровский криминальный авторитет Александр Петровский], с теми, кто именно этот заказчик, там очень большие деньги и все так запутано, что капец».

Через год после инсценированного убийства киевскую квартиру супругов Грищенко обстреляли. В телевизионном интервью по этому случаю «Буча» связал нападение с делом о заказном убийстве фермера Зоренко и назвал имя стрелявшего. Им, по мнению Грищенко, был Ярослав Тарасенко — человек, обвиняемый в заказном убийстве российского депутата Дениса Вороненкова в марте 2017 года. Тарасенко был главой «Правого сектора» в Павлограде — ближайшем городе к месту проживания и заказчика, и жертвы якобы планировавшегося убийства.

Обстрелянную квартиру на бульваре Перова супруги купили в том же 2017 году — через год после инсценировки. В разговоре с адвокатом, который представлял ее интересы первое время после ареста, она сказала, что квартира была приобретена в том числе на деньги, полученные от фермера Зоренко в качестве благодарности за его чудесное спасение. В разговоре с Забороной Зоренко сказал, что никаких денег за спасение Грищенко не давал, а только передавал продукты «Буче» в СИЗО уже после его ареста в 2019-м.

Сама Инна Грищенко в интервью Забороне заявила, что квартира была выделена ей Киевской мэрией как инвалиду и военной. Не каждый инвалид и военный в Украине может похвастаться подобной щедростью властей.

Взрывоопасный город Косов

В сентябре 2019-го Владислава Грищенко обвинили в реальном, а не инсценированном покушении на убийство. По странному стечению обстоятельств дело происходило в июле 2018 года в Косове — маленьком городке в Ивано-Франковской области, откуда родом «заказчик» днепровского убийства Петр Генык и где он прятался от правосудия, как подтвердила Забороне Инна Грищенко.

По официальной версии полиции, трое граждан — семья Грищенко и их друг Иван Вакуленко — подложили под автомобиль местного предпринимателя Михаила Чекурака бомбу. В ней было 5 килограмм в тротиловом эквиваленте — взрывчатка такой мощности может разнести многоэтажный дом. Бомба отвалилась и не взорвалась — предприниматель сообщил об этом в правоохранительные органы. Следователи увидели в этом покушении почерк, знакомый им по делу Шеремета.

«По заключению экспертизы, было использовано самодельное взрывное устройство, почти идентичное тому, которое подорвало машину с Шереметом, — сказал на брифинге начальник криминальной полиции Евгений Коваль. — Подчеркиваю: почти идентичное. Вся конструкция самодельной взрывчатки, в частности способ крепления с помощью неодимовых магнитов, была абсолютно похожа».

Полиция назвала заказчиком покушения на Чекурака Василия Шкондеюка — косовского предпринимателя, известного тем, что его компании выполняли госзаказы на строительство объектов Минобороны Украины. Это довольно влиятельный человек в регионе: бывший депутат косовского горсовета, он на короткой ноге с мэрами, генералами и топ-чиновниками. Михаил Чекурак же считался криминальным авторитетом в Косове и в 2018-м подозревался в том, что заказал подрыв ресторана бывшей тещи в качестве мести бывшей жене, но освободился из-под ареста под небольшой залог. В начале 2020 года Чекурак умер при загадочных обстоятельствах от остановки сердца.

И Шкондеюк, и Инна Грищенко в разговоре с Забороной признали, что и «Буча», и Иван Вакуленко были в Косове в момент, когда на машине Чекурака обнаружили взрывчатку. Но они утверждают, что Вакуленко находился на базе отдыха Шкондеюка «Байка», а «Буча» только подвез туда друга и отдыхать не остался.

«Буча» утверждает, что впервые побывал на «Байке» зимой 2017-2018-го и лично познакомился с косовским предпринимателем тогда же, в 2018 году. Но это неправда: биллинги показывают, что он был там на год раньше — зимой 2016-2017-го. Более того: до ареста он работал прорабом в компании «Захiдспецбудтранс-7», которая записана на Василия Шкондеюка-старшего (отца). Эта компания выполняла заказы по строительству общежитий для военных ВСУ.

Адвокат «Бучи» Виталий Ковальчук считает, что бомба на машине Михаила Чекурака — это инсценировка, заказанная им же для того, чтобы отвести подозрение от себя в связи с делом о взрыве ресторана экс-тещи. А Шкондеюк в разговоре с журналистом Забороны утверждал даже, что они с Чекураком были «приятелями».

Тем не менее, полиция объявила, что обнаружила на взрывчатке ДНК «Бучи» и что автомобиль, на котором якобы приехала троица, был взят в аренду на имя Ивана Вакуленко. А еще на том же брифинге полицейские рассказали, что после инсценировки убийства фермера Зоренко семейство Грищенко занимается рейдерством компаний заказчика, Петра Геныка, в пользу Василия Шкондеюка. «Пума» сказала Забороне, что впервые слышит об этом.

История двух подозреваемых в деле Шеремета — и целой криминальной системы.

Тревожные аудиозаписи

Во время брифинга 12 декабря 2019-го полиция продемонстрировала записи телефонных разговоров Инны Грищенко. На одной из них ей позвонил ветеран российско-украинской войны и близкий знакомый Иван Вакуленко по прозвищу «Пистолет». В разговоре речь шла о том, что «Пистолета» вызвали на допрос по «делу Шеремета», что вызвало у него большую тревогу. Допрос должен был состояться через четыре дня, однако за два дня до этого Вакуленко был найден мертвым в родительской квартире с пулей в голове. Полиция сообщила, что он застрелился.

Почему вызов на допрос по убийству Павла Шеремета так встревожил покойного «Пистолета» и почему он сразу позвонил именно Инне Грищенко? Она не разрешила дословно публиковать ее ответ, но объяснила, что на момент вызова на допрос у «Пистолета» была череда бытовых проблем, которые он не мог решить, и повестка на допрос могла стать для него последней каплей. Кроме того, «Пума» рассказала Забороне, что до звонка Вакуленко «первым делом примчался» к ней домой, чтобы сообщить о вызове на допрос, но потом зачем-то позвонил ей по тому же поводу снова. В опубликованных полицией записях разговора с «Бучей» она говорит ему, что считает, что Вакуленко застрелился. Теперь, в разговоре с Забороной, она говорит обратное: что ему «помогли».

Инна Грищенко называет опубликованные полицией аудиозаписи смонтированными и не соглашается с тем, что она или «Пистолет» имели какое-либо отношение к убийству Павла Шеремета.

Но есть еще одна аудиозапись, в которой упоминается покойный Иван Вакуленко. Эту аудиозапись опубликовал беглый чиновник из команды бывшего президента Украины Виктора Януковича — Андрей Портнов. После того, как президентом Украины стал Владимир Зеленский, он вернулся в Украину и выступает публично с антиукраинской риторикой. Его публикациям мы не доверяем, поэтому мы проверили запись. Портнов уверяет, что на аудиозаписи представлены голоса Владислава Грищенко и сотрудника СБУ Андрея Омельченко. Портнов называет его работником пятого управления департамента контрразведки СБУ, хотя в открытом доступе таких данных о нем нет.

На записи Омельченко выпытывает у «Бучи», есть ли у полиции что-то по делу Шеремета на него или на Инну. Владислав отвечает, что нет, но добавляет, что полиция что-то нашла на покойного Ивана Вакуленко: «На Ваню есть. Шо Ваня арендовал машину с трекером и телефон у него был включен и он туда ездил», — говорит на аудиозаписи голос, похожий на Владислава Грищенко. Описываемый им эпизод на самом деле касается покушения в Косове, а не дела Шеремета. Именно для поездки в Косов Вакуленко взял автомобиль в аренду, не зная, что в него встроен трекер.

Мы проверили биллинги телефона Владислава Грищенко, имеющиеся в уголовном деле Павла Шеремета, и нашли звонки с номеров, которые принадлежат Андрею Омельченко, — а значит, такой разговор действительно мог иметь место. Сейчас эти номера не отвечают.

«Буча» публично отрицал знакомство с Омельченко. Тем не менее и он, и «Пума» созванивались с ним периодически в течение 2016 года. Из биллингов, которые есть в распоряжении редакции, видно, что Владислав Грищенко разговаривал с сотрудником СБУ 10 мая, 26 июня, 1 и 27 июля, 13 и 14 августа и 9 сентября по нескольку раз в день.

Интересно, что Омельченко – не просто сотрудник СБУ. Осенью 2014 года он был в высоком звании подполковника СБУ и президент Украины Петр Порошенко наградил его медалью за военную службу. В сентябре 2020-го Омельченко уволился из СБУ в звании полковника. Инна Грищенко рассказала нам, что была знакома с ним еще до Майдана «по работе в [Лукьяновском] СИЗО», где он, по ее мнению, «работал по информации в пенитенциарной системе». Отвечая на вопрос Забороны, Инна Грищенко допустила, что её муж мог общаться с Омельченко в этот период, но добавила, что тот познакомился с этим сотрудником СБУ без её участия.

СБУ уже фигурировала в расследованиях по делу Шеремета. Сначала коллеги из агентства журналистских расследований «Слiдство.Інфо» выяснили, что бывший (а по некоторым сведениям — не бывший) сотрудник спецназа «Альфа» СБУ осуществлял наблюдение возле дома журналиста накануне убийства. Как раз в это время, около полуночи, неизвестный человек крутился возле машины журналиста. Позже были опубликованы скриншоты переписки бывшей представительницы батальона «Донбасс» Василисы Мазурчук (подруги фигурантки дела Шеремета Юлии Кузьменко) с пресс-секретарем МВД Артёмом Шевченко, в которой он обвинял в убийстве контрразведку СБУ. В разговоре с Забороной Шевченко сказал, что подлинность скриншота не доказана. Однако мы получили подтверждение от собеседницы Шевченко и убеждены в подлинности переписки.

Интересна и природа прослушки. На сегодняшний день прослушивать граждан может только СБУ. Именно эта спецслужба, объясняет заместительница исполнительного директора «Центра противодействия коррупции» Елена Щербань, контролирует соответствующее оборудование, хотя по новым законам такое право было предоставлено и Национальному антикоррупционному бюро, и Государственному бюро расследований, и полиции.

«Вопреки воле законодателя, СБУ не желает терять свое влияние и эксклюзивные права и блокирует реализацию этого права другими органами — не дает фактический доступ и не меняет свои нормативные документы, — говорит Щербань. — Причина блокировки простая и очевидная: служба желает контролировать и знать, кого прослушивают другие правоохранители. В СМИ неоднократно появлялась информация о том, что в СБУ часто фактически торгуют этой информацией. Кроме этого, так спецслужбисты защищают и себя самих, ведь имеют возможность контролировать и прослушку по ним же».


Если у вас есть материалы, которыми вы хотите поделиться с нашей расследовательской группой, или оставить непубличный отзыв,
пишите нам сюда.

Авторы:
Леонид Рагозин
Самуил Проскуряков
Роман Степанович
Александр Гуменюк
Екатерина Сергацкова

Расследование создано при поддержке:
Фонд Justice for Journalists («Справедливость для журналистов»)
Open Society Foundation
National Endowment for Democracy
Патроны и донатеры Забороны

Присоединяйтесь к сообществу Забороны, поддерживайте наш отдел расследований здесь.

Сподобався матеріал?

Підтримай Заборону на Patreon, щоб ми могли випускати ще більше цікавих історій