Подростковый суицид и буллинг: причины, профилактика и реакция на трагедию - Заборона
Вы читаете
Дети и подростки — в группе риска по суициду. Как предотвратить трагедию и что делать, если она произошла

Дети и подростки — в группе риска по суициду. Как предотвратить трагедию и что делать, если она произошла

Загибель школярки в Києві. Як запобігти підлітковому суїциду і що робити, коли дитина вчинила самогубство

В Украине за первые четыре месяца 2021 года зафиксировали 126 случаев подросткового суицида. Эта цифра — больше, чем вся статистика за прошлый год: в 2020-м случаев, когда дети совершали самоубийство, было всего 123. За одну только неделю, с 29 сентября по 6 октября, украинские СМИ трижды сообщали о подростковых смертях: в Умани из окна выпрыгнула 11-летняя девочка, в Тернополе повесилась 15-летняя школьница, а в Киеве 13-летняя ученица местной гимназии выбросилась с балкона. Заборона рассказывает, почему именно подростки входят в группу риска самоубийств, можно ли предупредить такие случаи и как помочь детям, которые сталкиваются с трагическими новостями.


Буллинг — причина и следствие психологических травм

Обстоятельства самоубийств в каждом случае разные, объясняет уполномоченная Верховной Рады по правам человека Людмила Денисова. Однако возможной причиной гибели детей она называет, в частности, школьный буллинг — издевательства и травля, которые могут проявляться в виде психологического, физического, экономического или сексуализированного насилия. Жертвы таких действий испытывают их как со стороны одноклассников, так и со стороны учителей или школьного руководства.

Для Украины буллинг в школах — актуальное явление. Только в 2017 году в стране зафиксировали около 109 тысяч обращений к психологу из-за травли. А по данным организации Studena, 63,9% украинских учителей сталкивались в своей практике с травлей детей в классах.

В декабре 2018 года Верховная Рада Украины приняла закон, вносящий положения о противодействии буллингу в Кодекс об административных правонарушениях и закон Украины «Об образовании». В частности, документ регламентирует наказание в виде штрафа, которое должны понести не только лица, совершившие буллинг, но и представители образовательного учреждения, скрывавшие случаи травли. Первый штраф присудили уже в феврале 2019-го — Бориспольский горрайонный суд признал виновной местную школьницу, которая выставляла в инстаграме неприличные фото своей одноклассницы.

В Министерстве образования и науки Украины приводят перечень проявлений, по которым можно распознать в ребенке жертву буллинга и травли:

  • замкнутость, тревожность, страх или, наоборот, демонстрация полного отсутствия страха, рискованное, дерзкое поведение;
  • неуравновешенное поведение;
  • агрессивность, приступы ярости, склонность к разрушению, уничтожению, насилию;
  • резкое изменение привычного для ребенка поведения;
  • замедленное мышление, пониженная обучаемость;
  • нелюдимость, избегание общения;
  • изоляция, исключение из группы, нежелание других участников образовательного процесса общаться;
  • заниженная самооценка, наличие чувства вины;
  • появление быстрой утомляемости, пониженной способности к концентрации внимания;
  • демонстрация страха перед появлением других участников образовательного процесса;
  • склонность к пропуску учебных занятий;
  • отказ посещать заведение со ссылкой на плохое самочувствие;
  • депрессивные состояния;
  • аутоагрессия (самоповреждение);
  • суицидальные проявления;
  • явные физические повреждения и признаки плохого самочувствия (тошнота, головная боль, слабость и тому подобное);
  • попытки скрыть травмы и обстоятельства их получения;
  • жалобы ребенка на: боль и плохое самочувствие; повреждение или исчезновение личных вещей; вымогательство личных вещей, еды, денег; жесты, высказывания, прозвища, шутки, угрозы, распространение слухов сексуального (интимного) характера или иных сведений, которые ребенок желает сохранить в тайне;
  • наличие фото-, видео- и аудиоматериалов физических или психологических издевательств, интимного содержания.

По словам образовательного омбудсмена Сергея Горбачева, вопрос буллинга является комплексным и касается как родителей и их воспитания детей в семье, так и подготовки учителей.

«Действительно, школа может сделать немало для воспитания ребенка, но как бы ни пытались учителя объяснить, что ругаться или драться — это плохо, если дети слышат ругань в семье, здесь сложно что-то сделать. Что касается ситуаций, когда буллером выступает учитель, а не ребенок — такие случаи, к сожалению, нередки. Но стоит отметить, что существует отчетливая диспропорция медийного освещения: большинство публикаций — именно о буллинге со стороны учителя, и гораздо меньше — об ответственности родителей за воспитание детей, которые становятся буллерами. Хотя анализ судебных дел о буллинге свидетельствует, что в 74% случаев буллером выступает ребенок и лишь в 11% — учителя», — говорит он в комментарии Забороне.

В прошлогоднем докладе по соблюдению прав в образовании указано, что случаев буллинга от ребенка к ребенку насчитывают 69%, а случаев буллинга со стороны учителя к ребенку — 10,3%.

Горбачев также говорит, что «единственно правильного и исчерпывающего» ответа на вопрос, почему происходит буллинг, нет и причин таких действий может быть много: «Каждая ситуация требует анализа, но буллинг — это и следствие групповых психологических травм, и одновременно причина таких травм. Потому что буллинг никогда не возникает на пустом месте, всегда что-то предшествует его возникновению. И очень важно внимательно следить за ситуацией в учебном заведении и в классе, чтобы предотвратить буллинг еще на этапе формирования проблемы».

Что делать в случаях буллинга. Советы МОН Украины:

  • Прежде всего ребенок должен рассказать об этом родителям, учителю, психологу или директору.
  • Если педагог или другой работник заведения стал свидетелем буллинга, он должен в письменной форме уведомить руководство независимо от того, пожаловалась ему жертва буллинга или нет.
  • Руководитель рассматривает это обращение и выясняет все обстоятельства буллинга.
  • Дальнейшие действия определяются во время заседания комиссии по рассмотрению случаев буллинга. В ее состав могут входить администрация учебного заведения, педагоги, психолог, социальный педагог, родители пострадавшего и буллера и другие.
  • Если комиссия признала, что это был буллинг, а не единовременный конфликт, руководитель заведения обязан уведомить Национальную полицию и службу по делам детей.
  • В случае буллинга ребенок или его родители могут обратиться на горячую линию «Ла Страда — Украина» для детей и молодежи по телефонам: 0 800 500 335 (со стационарного) или 116 123 (с мобильного).
  • Можно звонить на горячую линию социальной службы по вопросам семьи, детей и молодежи: 0 800 500 225 (со стационарного) или 116 111 (с мобильного).

Смерть — это то, что происходит с другими

Именно дети и подростки находятся в группе риска совершения самоубийства, объясняет Забороне кандидатка психологических наук, психологиня-терапевтка Елена Литвиненко.

Причин этому несколько: во-первых, подростки не имеют опыта смерти и считают, что смерть — это то, что происходит с другими. Реальность смерти осознают те подростки, которые сталкивались с борьбой за жизнь из-за собственной тяжелой болезни или потеряли кого-то из близких.

«Остальные подростки, которые не сталкивались со смертью часто, считают, что суицид — это такая форма манипуляции. Им кажется, что они просто покончат с жизнью, всем что-то докажут и якобы все в реальности обойдется», — объясняет Литвиненко.

Второй причиной подросткового самоубийства экспертка называет эмоциональную неустойчивость детей. Нервная система подростка сталкивается с большой перегрузкой, что нормально в этом возрасте. Все силы тратятся на то, чтобы развиваться и адаптироваться к изменениям во взрослой жизни. При этом на эмоциональный контроль сил не хватает: «Подростки склонны к ярким эмоциональным реакциям, и малейший стресс может вызвать слезы, крики. На фоне сильных эмоциональных реакций может не произойти торможения. Но если взрослый может овладеть собой и успокоиться, подростки так не могут, и из-за этого происходят случаи суицида».

Важным фактором также является подростковая депрессия. Литвиненко говорит, что, по статистике, 80% людей, совершающих суицид, имеют признаки депрессии.

«Люди не в депрессии могут критически оценить все негативные мысли и не считаться с ними. Но в случае людей с депрессией это сложно, потому что они верят, что это реальность, что они действительно неуспешны и жить не стоит. Поэтому очень важно объяснить подростку, что негативные мысли — ложные», — объясняет экспертка.

Помочь детям и подросткам в этом случае возможно, если родители, учителя или близкие люди будут знать проявления депрессии:

  • подавленное настроение;
  • ангедония (неспособность испытывать эмоции);
  • психомоторное замедление или тревога;
  • уменьшение уровня энергии;
  • негативное, пессимистическое мышление;
  • нежелание жить;
  • нарушение памяти и внимания;
  • нарушение сна;
  • нарушение аппетита.

Если хотя бы пять из девяти указанных проявлений повторяются регулярно, это повод обратиться за помощью к психологу.

«Родители могут помочь ребенку, если честно скажут ему, что волнуются, и предложат пути решения проблемы. Дети на самом деле хотят быть услышанными и ждут помощи, поэтому всегда откликнутся на разговор», — отмечает психологиня.

Суицид травмирует не только ближайший круг

Елена Литвиненко отмечает, что в ситуации, когда ребенок совершил самоубийство, руководство учебного заведения формально не обязано проводить разъяснительные работы с детьми. Однако, по мнению экспертки, это вопрос, прежде всего, человечности и осознанного подхода к ситуации.

«Зрелая и мудрая учительница соберет класс и попытается правильно объяснить ситуацию, — говорит Литвиненко в комментарии Забороне. — С другой стороны, учителя сталкиваются с той же реакцией, что и родители: им страшно, они растеряны, напуганы и переживают, что любое внимание к этой ситуации может вызвать новые случаи самоубийств».

Она также отмечает, что помощь школьникам в похожей ситуации должна быть экспертной, потому что в школах чаще всего работают практиканты из университетов, которые сами никогда не сталкивались с такими проблемами: «Важно на уровне методик проводить тренинги в школах о том, как психологу говорить с детьми о смерти, о суицидальности. Я пять лет работала психологиней в школе, но за это время никто нам такое не предлагал и таких практик не было».

Омбудсмен Горбачев замечает, что от самоубийства страдает не только ближайшее окружение погибшего ребенка — оно затрагивает примерно полсотни людей, переживающих травматическую ситуацию.

«На сегодня в Украине есть большая заинтересованность и у полиции, и у социальных психологов в том, чтобы предоставить школам проверенные рекомендации и инструменты, каким образом реагировать на эти трагические случаи для смягчения негативного влияния. Уже существует проект таких рекомендаций, над ним работают и психологи, и педагоги, и полиция. Потому что разговоры с детьми в таких случаях должны проводить люди, имеющие для этого соответствующую подготовку: желательно — психологи, хотя могут и педагоги, но обязательно — соответствующим образом подготовленные. Непрофессиональное вмешательство в такие случаи может стать еще одним травматическим фактором», — говорит он.

Наверх