Фильм «ДАУ» поднял вопрос, оправданно ли насилие в кино. Разбираемся, обязано ли искусство соблюдать этику | Заборона
Вы читаете
Фильм «ДАУ» поднял вопрос, оправданно ли насилие в кино. Разбираемся, обязано ли искусство соблюдать этику

Фильм «ДАУ» поднял вопрос, оправданно ли насилие в кино. Разбираемся, обязано ли искусство соблюдать этику

В середине апреля два фильма масштабного проекта «ДАУ» режиссера Ильи Хржановского выложили онлайн «Дегенерация» и «Наташа». Как только они появились в открытом доступе, в киносообществе грянула дискуссия о насилии и этике в кино. В фильме «Наташа» есть эпизод изнасилования бутылкой, а в «Дегенерации» для съемок сцены экспериментов использовали младенцев из детского дома. Редакторка Забороны Юлиана Скибицкая изучила главные претензии к фильму Хржановского и рассказывает, что происходит с этикой в искусстве.

«ДАУ» – это многосерийный фильм Ильи Хржановского, который изначально задумывался как байопик о советском физике Льве Ландау. Основой сценария должны были стать мемуары его жены Конкордии Дробанцевой, Дау – это домашнее прозвище физика. В процессе работы над картиной режиссер решил отойти от классической биографической драмы и создал целую артхаусную постановку, а съемки и постпродакшн растянулись на 15 лет.

Действие происходит в условном научном институте в период с 1938 по 1968 годы. Большая часть съемок проходила в Харькове. «ДАУ» снимали с 2008 года, актеры жили в «Институте» и круглосуточно находились под камерами. Почти все роли играли непрофессионалы, сценария не было. Попадая на съемочную площадку они переодевались в одежду соответствующего времени, им нельзя было пользоваться гаджетами и использовать в речи современные выражения. Таким образом режиссер хотел полностью воссоздать атмосферу и правила советского времени, а также показать, как обстоятельства меняют логику поведения человека.

Сейчас проект включает 16 фильмов разной продолжительности. С апреля их постепенно выкладывают онлайн – каждый можно посмотреть за три доллара. Часть бюджета на проект выделило украинское Госкино, а основное финансирование картина получила от ряда российских олигархов. Общий бюджет ни Хржановский, ни продюсерская компания  «Феномен-Филмз», обладающая правами на картину, не называют. В 2015 году Госкино подало в суд на «Феномен-Филмз» за то, что компания не выполнила условия контракта. 

Насилие и жестокость на съемочной площадке

Хржановский во многих интервью говорил, что старался минимально вмешиваться в происходящее. Поэтому в проекте не было сценария, а были только правила – например, запрет на использование современной речи. Актер Люк Биже рассказывал в интервью газете Le Monde, что однажды, будучи пьяным, занялся сексом с исполнительницей главной роли в фильме «Наташа». «На следующий день я проснулся совершенно больным и ничего не помнил. Тогда-то я и понял, что меня напоили специально. Так Илья [Хржановский] и действовал. Но я не жалею. Фильм получился возмутительным, однако лично меня он освободил от комплексов», – признался он.

Сцены насилия и жестокости в фильме тоже выглядят максимально реалистично. В фильме «Наташа» героиню по сценарию заставляют засунуть бутылку в свое влагалище (при этом в кадре не показано само проникновение). В 2019 году в газете Le Monde «цитировали» Хржановского, который сказал на съемках: «Я нашел ее [исполнительницу этой роли] в БДСМ-борделе». Позже редакция опубликовала письмо режиссера о том, что он никогда такого не говорил. 

В «Дегенерации» снимался российский неонацист Максим Марцинкевич по прозвищу «Тесак». В фильме Марцинкевич забирает с фермы «Института» живую свинью, рисует на ней лозунги и шестиконечную звезду Давида, приносит в гостиную к ученым и отрезает ей голову кухонным ножом. По словам Хржановского, этот эпизод «сможет предохранить многих людей от спокойного поедания мяса, без осознания того, что это мясо когда‑то было частью живого существа». Режиссер заверял, что решил сотрудничать с Тесаком, только убедившись в полной безопасности для всех участников съемок. В российском переводе материала Le Monde утверждалось, что Тесак на съемках «избил и изнасиловал» художника Эндрю Ондрежака. Позже в статье заменили слово «изнасиловал» на «унизил». Хржановский утверждает, что изнасилования и избиения не было. «В фильме «Дегенерация» или в DAU Digital, где находятся несмонтированные сцены, видно все, что было на площадке», – говорит он. Марцинкевич с 2013 года отбывает наказание в России по нескольким статьям, в том числе за разбой и разжигание межнациональной вражды. 

из фильма ДАУ Дегенерация 1 - <b>Фильм «ДАУ» поднял вопрос, оправданно ли насилие в кино.</b> Разбираемся, обязано ли искусство соблюдать этику - Заборона
Кадр из фильма «Дегенерация»

В «Дегенерации» показаны опыты над младенцами, что вызвало еще одну волну критики в адрес Хржановского. В двухминутном отрывке детей раздевают и подключают к ним электроды – так режиссер показывает медицинские эксперименты сталинских времен. Хржановского обвинили в психологическом и физическом насилии над детьми, а украинский детский омбудсмен Николай Кулеба обратился в полицию с просьбой расследовать этот эпизод. Представители компании, которая занималась съемками, ответили, что на съемках использовали муляжи, которые никак не воздействовали на детей. Поскольку дети были из детдома, рядом с ними присутствовали опекуны, а сама съемка длилась два часа. Звуковую дорожку максимально усилили «для эффекта». Прокуратура Харьковской области начала проверку по этому эпизоду. В релизе ведомства говорится, что фильм «может пропагандировать культ насилия, жестокости и дискриминации». 

В 2020 году фильм «Наташа» показывали на фестивале «Берлинале». За день до вручения премий пятеро российских журналистов направили руководству фестиваля письмо о «неэтичности» картины. Авторы утверждали, что в фильме было настоящее физическое и психологическое насилие. Актеры, в том числе исполнительница роли Наташи, это отрицали. Хржановский несколько раз говорил, что участники испытывали некое психологическое давление на съемочной площадке – но это было частью концепции проекта. «Обвинения, что [мы показывали насилие] неприемлемыми методами – это неправда. Этот проект был сложный и люди испытывали жесткие эмоции, но никакого насилия не было», – утверждает режиссер. Он говорит, что актеры всегда могли перестать сниматься, они знали о всех камерах, которые присутствовали на локации. После того, как фильмы смонтировали, каждому из участников обязательно показывали фрагменты с его участием. Они могли запретить их публично показывать. 

Насилие в кино 

В киносообществе давно ведутся дискуссии о том, насколько оправдано насилие в кино. Режиссеры часто стараются показать сцены изнасилования или секса максимально реалистично. Например, в фильме «Груз-200» Алексея Балабанова, который вышел в 2007 году, есть несколько очень жестоких сцен: героиню насилуют бутылкой, позже ее насилует на кровати бездомный, в то время как рядом лежит ее мертвый жених. Во время показа фильма Гаспара Ноэ «Необратимость» на Каннском фестивале в 2002 году 250 человек вышли во время сцены изнасилования главной героини, настолько жесткой и реалистичной она была. Его же фильм «Любовь» 2015 года, который почти полностью состоит из откровенного секса, запретили к показу в России и Грузии. 

из фильма ДАУ Дегенерация 2 1 - <b>Фильм «ДАУ» поднял вопрос, оправданно ли насилие в кино.</b> Разбираемся, обязано ли искусство соблюдать этику - Заборона
Кадр из фильма «Дегенерация»

«Обсуждать вопросы этичности насилия в кино совершенно нормально. Для меня лично это неприемлемо, и у себя я такие приемы не использую принципиально. Но есть примеры [Гаспара] Ноэ или [Ларса фон] Триера, где тоже все не всегда этично», – комментирует Забороне кинопродюсер Владимир Яценко. Он добавляет, что метод провокации в кино имеет право на жизнь. «Наверное, если вы показываете реалистичную, но все-таки ненастоящую картинку, то грань не перейдена. Но это уже вопрос ответственности художника. Художник вообще никому ничего не должен, если он творит не на деньги налогоплательщиков и не совершает уголовно наказуемые дела».

Вопрос этичности работы режиссеров – это частый вопрос создателям авторского, камерного кино. «Есть пример потрясающего фильма «Жизнь Адель», который получил пальмовую ветвь на Каннском фестивале, – говорит кинокритик и журналист Алексей Тарасов. – Позже актрисы, которые снимались в фильме, заявили, что их эксплуатировали и заставляли делать то, что они не хотят. Стэнли Кубрик сделал 127 дублей сцены [в «Сиянии»], где Шелли Дювал оборонялась битой от Джека Николсона. Это очень сильно повлияло на психологическое состояние актеров. Этично ли это? Нет. Нужно ли отделять этичность режиссеров от их творений? Я думаю, что да». Тарасов добавляет, что в случае с «ДАУ» съемки проходили добровольно.

«Оппоненты говорят, что людей там использовали, как рабов, – продолжает Тарасов. – Но на съемках было много людей, которые, я уверен, не стали бы мириться с откровенным насилием. Если бы там действительно пытали младенцев, я не думаю, что все решили бы промолчать об этом».

Хржановский и Бабий Яр

В декабре прошлого года Хржановский стал художественным руководителем Мемориального центра «Бабий Яр» в Киеве. По плану, с 2020 по 2022 год будет построен центр памяти жертв Холокоста в Бабьем Яру – месте, где нацисты расстреляли до 150 тысяч евреев во время Второй мировой войны. Команда проекта пока не озвучивала детальный план, как именно будет работать мемориал. Пока одна из идей – это переименовать станцию метро «Дорогожичи» на станцию «Бабий Яр». На волне претензий к «ДАУ» критики фильма требуют уволить Хржановского с поста художественного руководителя Мемориального центра. Руководство проекта назвало обвинения «субъективными и эмоциональными» и призвало провести независимое расследование. 

«Никто не понимает, как будет выглядеть проект Бабьего Яра, но странно, что это раздражение выливается на фильм. Критики требуют отстранить Хржановского, но я боюсь, что на его место никто не придет и проект снова похоронят», – резюмирует Тарасов.

Наверх