«Реестр педофилов» в Украине: зачем он нужен, как будет работать и почему педофилия — это прежде всего диагноз - Заборона
Вы читаете
Педофилия — это болезнь? Зачем Украине нужен «реестр педофилов»? Отвечаем на самые распространенные вопросы

Педофилия — это болезнь? Зачем Украине нужен «реестр педофилов»? Отвечаем на самые распространенные вопросы

«Реєстр педофілів» в Україні: навіщо він потрібен, як працюватиме та чому педофілія — це насамперед діагноз

В Украине в тестовом режиме заработал так называемый «реестр педофилов». В электронную базу данных внесли информацию о лицах, которых наказали за преступления против половой неприкосновенности детей. По словам заместительницы министра юстиции Елены Высоцкой, на данный момент в реестр вошли данные о 171 человеке, они будут храниться в базе и после того, как человек отбудет наказание. Однако создание реестра еще два года назад критиковали украинские правозащитники. Заборона рассказывает, как будет работать реестр, в чем проблематичность этой инициативы и почему вопрос педофилии требует более глубокой проработки, чем есть сегодня.


О каком реестре речь?

Так называемый «реестр педофилов» — это электронная база данных, которая есть составляющей Единого реестра осужденных и лиц, взятых под стражу. Согласно Уголовному кодексу Украины, в этот реестр входят сведения о людях, которых осудили за преступления против половой свободы и половой неприкосновенности детей. Речь идет, в частности, о лицах, с которых сняли судимость или которые уже отбыли присужденное наказание.

«Природой этого реестра является то, чтобы обезопасить, например, учебные заведения, или лечебные заведения, или других людей, которые работают с группами детских коллективов, от того, чтобы взять такого человека на работу», — объясняет заместительница министра юстиции Елена Высоцкая.

Официально реестр запустили в конце октября 2021 года — он работает в тестовом режиме, полноценно пользоваться им можно будет только со временем. Сейчас туда вошли данные о 171 человеке. Однако наполнять его начали еще в прошлом году — в декабре 2020-го в реестре содержалась информация о 125 осужденных.

Ввести подобный реестр пытались еще весной 2017 года. Тогда в Верховную Раду Украины подали законопроект № 6449, который регламентировал не только создание базы данных осужденных, но и их принудительную химическую кастрацию. В июле 2019 года закон приняли, однако президент Владимир Зеленский ветировал его и вернул в парламент с предложениями изменений.

Ветировать закон требовали и украинские правозащитники, они называли его «надругательством над принципами права и просто над здравым смыслом». Критика закона прежде всего касалась положения о принудительной химической кастрации, которую вписывали в Уголовный кодекс в качестве наказания за половые преступления против несовершеннолетних. Правозащитники выражали непонимание, как применить это наказание ко всем преступникам, совершившим половые преступления против несовершеннолетних, если только у части из них психическое расстройство «педофилия». Наличие педофильного расстройства и возможность применения химической кастрации должны устанавливаться комплексной судебно-психиатрической экспертизой, которой в Украине фактически не проводят.

В то же время создание публичного реестра педофилов правозащитники сравнивали со средневековой охотой на ведьм.

Обновленный законопроект, который должен защищать детей от сексуализированного насилия, приняли в декабре 2019 года. Он усиливает наказание за половые преступления против малолетних (в случае повторения — вплоть до пожизненного лишения свободы), но не содержит нормы о химической кастрации. Однако положение по поводу реестра в документе осталось.

Как должен работать реестр?

В реестр войдут такие данные: имя и дата рождения осужденного, его адрес проживания, информация о совершенном преступлении и присужденном наказании, отбывании этого наказания, а также о нарушении правил административного надзора.

Держателем реестра является украинский Минюст. Министерство сможет наполнять реестр новой информацией вместе с органами прокуратуры и суда. Свободно пользоваться им смогут руководители прокуратур и органов досудебного расследования, а также прокуроры, следователи и другие уполномоченные лица Нацполиции и Государственного бюро расследований.

«Все остальные лица могут делать запрос, но его надо обосновать. То есть зайти в него [реестр] самостоятельно и найти какую-то информацию невозможно», — объясняла ранее заместительница министра обороны Украины Анна Маляр.

Право получить информацию из реестра, согласно закону, есть у:

  • председателей сельских, поселковых и городских советов;
  • руководителей государственных администраций и других органов государственной власти и местного самоуправления;
  • руководителей дошкольных, средних и внешкольных учебных заведений;
  • руководителей учреждений здравоохранения;
  • любого физического лица в отношении информации о себе.

Если человек хочет получить информацию из реестра не о себе, он должен иметь заверенное у нотариуса согласие того лица, наличие которого в реестре он хочет проверить.

Каким образом можно будет получить информацию из реестра, в законе не указано. По этому поводу Заборона направила информационный запрос в Министерство юстиции Украины, однако пока ответа не было.

Изъять информацию из реестра можно будет, только если суд примет соответствующее решение или отменит обвинительный приговор. Что нужно сделать, чтобы суд принял решение изъять данные определенного лица из реестра, пока неизвестно.

Выглядит резонно. В чем тогда проблема?

Одними из подписантов обращения о ветировании закона, регламентирующего создание «реестра педофилов», были представители Украинского Хельсинского союза по правам человека (УХСПЧ). По мнению исполнительного директора УХСПЧ Александра Павличенко, количество лиц, попавших в реестр, — это только 10–15% от реального масштаба ситуации.

«Эта проблема, как правило, происходит в пределах семьи, и ее не выносят на всеобщее обозрение. Тот, кто совершает преступление — отчим, дядя, отец, — имеет определенную позицию в этой семье, приносит деньги, удерживает семью. И подать на него в суд — это сломать эту ситуацию, которая до определенной степени является стабильной. Поэтому эта проблема требует более глубокого решения», — объясняет он.

Павличенко говорит, что норма о создании реестра должна коррелироваться с другими законами, защищающими права человека на личную жизнь, в частности со статьей 32 Конституции Украины.

Он также считает, что человек, сведения о котором есть в реестре, может страдать от этого при трудоустройстве — даже если он не собирается работать с детьми. В таком случае в УХСПЧ готовы оказывать юридическую поддержку тем, кто из-за наличия записи в реестре сталкивается с неправомерными ограничениями в собственных правах.

В то же время заместительница министра обороны Украины Анна Маляр ранее писала о том, что в случае, если человек не собирается работать с детьми, никто не будет делать в отношении его запросов в этот реестр.

«Более того, Комитет по правоохранительной деятельности этого уже созыва ВР расширил список лиц, которые могут делать запрос в реестр, мотивируя это тем, что с детьми работают не только в детских учреждениях, но и в семьях. Поэтому делать запрос в реестр могут родители, желающие нанять няню, или, скажем, женщина, которая имеет детей и хочет начать совместную жизнь с мужем, не являющимся отцом детей (потому что именно отчимы чаще всего совершают половое насилие в отношении детей), — отметила Маляр. — То есть человек может сам сделать такой запрос в отношении себя и принести будущим работодателям или партнеру, или этот запрос будет делаться с его нотариально заверенного разрешения».

Другого мнения член правления Центра политико-правовых реформ Николай Хавронюк. Он считает, что нужно очень строго следить, чтобы информация из реестра не распространялась, и предусмотреть ответственность за раскрытие данных, содержащихся в этом реестре.

«Он открыт для очень многих субъектов: правоохранителей, судей, которые, в принципе, могут делиться этими данными, распространять их, в общем, практически безнаказанно, — отмечает Хавронюк. — Вместо того, чтобы перевоспитывать их — мы их подвергаем риску, что их будут убивать, а потом наша правоохранительная система будет снова расследовать эти преступления и так далее. Если их нельзя перевоспитать — возможно, их надо лечить, если не можно лечить — возможно, применять какие-либо другие меры, предусмотренные уголовным законодательством или другими законами. Нужны комплексные средства».

Лечить педофилов? Разве это болезнь?

Да. Педофилию относят к парафилическим расстройствам, или сексуальным девиациям. В Международной классификации болезней (МКБ) — как в ее действующей версии, так и в следующей, переход на которую должен начаться в 2022 году, — это расстройство стоит рядом с эксгибиционизмом, вуайеризмом, садомазохизмом и другими расстройствами сексуализированного поведения.

Вот что пишет о педофилии в последней версии МКБ-11: «Педофильное расстройство характеризуется устойчивым, целенаправленным и интенсивным паттерном сексуального возбуждения, проявляющимся в постоянных сексуальных мыслях, фантазиях, побуждениях или поведении, с участием детей препубертатного возраста. Чтобы диагностировать педофильное расстройство, человек должен действовать в соответствии с этими мыслями, фантазиями или побуждениями или быть сильно обеспокоен ими».

В то же время в определении заболевания указано, что диагноз «педофилия» не касается сексуального поведения детей пре- или постпубертатного возраста со сверстниками близкого возраста.

Доктор медицины Джордж Р. Браун говорит, что педофилия более распространена среди мужчин, чем среди женщин. Люди с педофилией часто происходят из неблагополучных семей и с большой вероятностью пережили сексуализированное насилие в детстве.

По словам Брауна, сложно сказать, кто чаще становится жертвами педофилов — мальчики или девочки. Однако последние вообще чаще страдают от половых преступлений.

Американский клинико-криминалистический психолог Майкл Сето объясняет, что педофилия и сексуализированные преступления против детей — не синонимы: есть лица с педофилией, которые не обижали детей, в то же время немало правонарушителей, совершивших преступления против детей, не являются педофилами. По итогам проведенных им исследований Сето может сказать, что большинство людей, которые совершают половые преступления против детей, не повторяют их даже без лечения. Хотя, конечно, есть и те, которые будут обижать малолетних снова и снова. Снизить риск повторного совершения преступлений может основанное на доказательной медицине лечение.

Лечить педофилию можно с помощью длительной индивидуальной или групповой психотерапии, а также препаратов, влияющих на половое влечение и снижающих уровень тестостерона. Впрочем, результаты лечения в каждом случае могут отличаться. Джордж Р. Браун отмечает, что эффект наилучший, когда человек лечится добровольно — он обучается социальным навыкам и устраняет сопутствующие проблемы, которыми нередко становятся злоупотребление наркотиками или депрессия.

Основным препаратом для лечения педофилии является медроксипрогестерона ацетат, который препятствует выработке тестостерона в организме и таким образом снижает у мужчин половое влечение. Однако непонятно, насколько эти препараты полезны для женщин, у которых диагностировали педофилию. Также могут быть полезными селективные ингибиторы обратного захвата серотонина — группа антидепрессантов, которые также снижают половое влечение и могут вызывать эректильную дисфункцию.

Браун также обращает внимание, что медикаментозное лечение будет более эффективным, если сочетать его с психотерапией и обучением социальным навыкам.

Сподобався матеріал?

Підримай Заборону на Patreon, щоб ми могли випускати ще більше цікавих історій

Наверх