Вы читаете
Между кино и активизмом: для кого создают кино, меняющее жизнь

Между кино и активизмом: для кого создают кино, меняющее жизнь

Anastasiya Oprishchenko
Активистское кино в Украине: где смотреть и как создать

Кому нужно кино, меняющее жизнь? Что мотивирует режиссеров и продюсеров браться за активистское кино и как привлечь к нему внимание? Эти темы 4 февраля украинские документалисты обсудили во время дискуссии в рамках конкурса Civil Pitch 2.0 от Международного фестиваля документального кино о правах человека Docudays UA (подробнее о конкурсе здесь). Заборона как главный информационный партнер конкурса пересказывает основные моменты разговора.

Полную версию дискуссии смотрите на нашем YouTube-канале.


Почему документалисты берутся за активистское кино?

Режиссерка Алина Горлова, известная по ленте «Этот дождь никогда не кончится», в 2017 году выпустила документальный фильм «Явных проявлений нет» о посттравматическом стрессовом расстройстве (ПТСР) и положении женщин на войне (фильм доступен на сервисе Takflix). К тому моменту она вообще не думала, что когда-нибудь будет снимать о ПТСР — Горлова знала немного об этом явлении, но впоследствии столкнулась с тем, что общество стигматизирует этот диагноз у ветеранов. Считается, что они просто много пьют или сходят с ума.

«Так возникла идея показать эту проблему, и благодаря фильму я, возможно, одной из первых очертила глобальность ситуации. У меня было ощущение, что это моя обязанность, — рассказывает режиссерка. — Фильм появился довольно своевременно: об этом как раз начинали говорить. Поэтому это история о том, что некоторые фильмы должны быть сняты и показаны».

Таисия Кутузова последние несколько лет снимает фильм «Ты, бля, рот закрой!» (его короткометражную версию можно посмотреть на YouTube-канале Забороны) о Сергее Чагарове, который с подросткового возраста расследует коррупционные схемы в родном селе Гатное под Киевом. Режиссерка рассказывает, что в 2017 году окончила университет с большим желанием снимать кино. Это было время после Майдана и все искали каких-то простых реформ, быстрых изменений, но ничего не происходило. В СМИ она наткнулась на историю Чагарова — тогда на парня как раз напал местный депутат. Вдохновившись смелостью активиста, Кутузова решила снять его непростой путь.

Алексей Радинский интересовался архитектурой, модернизмом и авангардом в Украине еще до того, как взялся снимать свою ленту «Цвет фасада: синий» об архитекторе и художнике Флориане Юрьеве, авторе «Летающей тарелки» на станции «Лыбедская» в ​​Киеве. Однако толчком для режиссера стала глубокая обеспокоенность тем, что происходит в столице.

«Власть в городе захватила застроечная мафия и не осталось никаких способов, никаких тормозов, способных остановить всю эту нелепую трансформацию города, — объясняет он. — Появление Флориана Юрьева, в 90-летнем возрасте включившегося в отстаивание своего здания, привело к определенному сбою в сознании застройщиков: против такого человека не пошлешь титушек. Это даже по их стандартам будет каким-то фейлом».

Радинский надеется, что в будущем его фильм будет иметь не только культурную, но и историческую ценность. Короткий метр «Цвет фасада: синий» вырос в полнометражку «Бесконечность по Флориану». А строительство рядом с «Летающей тарелкой» возобновилось, хоть и было заморожено с весны 2020 года. Но за это время здание получило статус памятника архитектуры, поэтому теперь там не могут производиться какие-либо работы без согласования с департаментом памятников.

Для кого создают активистское кино?

Алексей Радинский подчеркивает, что прежде всего активистские фильмы должны быть интересны тем, кто их делает. Однако это мнение, говорит он, не очень поддерживается в киноиндустрии. Мол, в целом считается, что фильмы на непопулярную тему создаются только для друзей и знакомых, а остальным они будут просто неинтересны.

«Даже на неизвестную тему может получиться интересный фильм, если у него есть какое-то ядро ​​в обществе. Например, еще до того, как мы сняли кино о «Тарелке» и Флориане Юрьеве, многие урбанисты и активисты говорили, что мы делаем что-то странное, и это никого кроме нас не заинтересует. Но оказалось, что это не так, — говорит режиссер. — Фильм получил несколько призов зрительских симпатий, и это самый главный показатель. Представления о том, что нужно, а что нет, очень часто ошибочны».

Таисия Кутузова говорит, что село Гатное, фигурирующее в картине «Ты, бля, рот закрой!», стало как бы маленькой моделью Украины: «Мы показывали фильм в разных частях страны, и везде были люди, находившие те же проблемы в своих городах, селах. Поэтому это кино для людей, которым не все равно, которые уже поняли, чего хотят от жизни».

По словам продюсерки фильма «Явных проявлений нет» Оксаны Иванцив, в узких кругах проблема ПТСР и работа с ветеранами обсуждались давно. На момент выхода ленты уже были разные программы реабилитации, но в то же время не хватало инструмента коммуникации, который объяснил бы людям за пределами узкого круга, почему эта реабилитация важна.

«Благодаря фильму я поняла это важное влияние личной истории и документального кино на восприятие людьми определенных социальных вопросов. Поэтому такое кино нужно нам всем, — говорит Иванцив. — И, конечно, тема должна цеплять команду, потому что если веришь и горишь, можешь лучше рассказать об этом людям».

Режиссерка Алина Горлова рассказывает, что некоторое время имела иллюзию, будто после выхода фильма программы и системы для реабилитации ветеранов начнут менять. Но со стороны государства любопытства не возникло. Вместо этого ветераны организовались сами, привлекли больше средств, создали дополнительные программы.

Оксана Иванцив говорит, что перемены произошли со стороны международных доноров, и это тоже результат. Она также добавляет, что негибкость государства в таких темах решается только при наличии общественного запроса, а этот сильный общественный запрос нужно создавать: «Важно правильно направлять усилия на сообщество и ориентироваться на своего зрителя. Общество само будет генерировать какие-то проекты изнутри, чтобы решать определенную проблему. Понятно, что скорых результатов не будет!».

Почему активистские фильмы важны?

Подобные фильмы могут помочь самим героям, подчеркивает Алина Горлова. Режиссерка объясняет: еще до начала работы над фильмом «Явных проявлений нет» у нее возникла идея создать что-то вроде документального театра. Горлова договорилась с героиней, что будет снимать ее обычный день — даже личные вещи, например, сеанс у психотерапевта.

«У нас возникали некоторые конфликты с психотерапевтами Оксаны, которые волновались из-за последствий. Но в конце фильма мы поняли, что это было верное решение. Наш фильм помог героине — она сама это сказала, когда увидела готовый материал. Конечно, помог и процесс съемки, но больше всего повлияло то, что она могла посмотреть фильм несколько раз. На третий раз она сказала, что хочет перестать жалеть себя», — рассказывает режиссерка.

Действительно ли фильм может что-то изменить?

Для того чтобы что-то изменить, необязательно делать фильмы, говорит Алексей Радинский. Он обращает внимание на то, что даже крупные международные расследования часто оказывают незначительное влияние на политическую реальность. Поэтому в активистской среде важно избежать иллюзии, что само создание фильма может помочь решить проблему.

«Создавая фильм, мы тратим кучу времени и ресурсов, которые можно было бы потратить на борьбу. На блокировку строительных площадок или техники, саботаж застройки и т.д., — объясняет он. — Я не умаляю важности того, что мы делаем, но фильм никогда не заменит собой прямого действия. Важно, чтобы он был частью процесса перемен».

По мнению продюсерки Оксаны Иванцив, документальное кино может менять что-то, когда все участники процесса делают свое дело: кто-то снимает фильм, кто-то продвигает его, а кто-то пытается менять общество.

Где смотреть украинское документальное кино?

В городах есть проблема: кинотеатры, которые не являются мультиплексами, закрываются один за другим, отмечает Алексей Радинский и добавляет, что кино в идеале нужно смотреть именно в кинотеатре. Однако, когда это невозможно, возникают другие экосистемы для показа фильмов: галереи, музеи, культурные площадки, университеты.

«Теперь эти места, к сожалению или к счастью, стали полноценными заменителями кинотеатров. Кроме того, последние два года я наблюдаю положительную динамику — возникают удобные небольшие платформы для просмотра кино. Среди них Springs.video — базируется в Литве, но охватывает всю Европу, и там можно увидеть интересную подборку не только документального, но и фундаментального кино или видеоарта. Еще онлайн-кинотеатр Docudays UA, где можно посмотреть много интересных фильмов», — говорит режиссер.

Алина Горлова отмечает, что сейчас в Украине мало площадок для просмотра украинского кино. По ее мнению, исправить ситуацию может маркетинговая стратегия и пиар. Однако на этот обширный сегмент работы часто не хватает средств или ресурсов.

Кроме того, любому кино нужно свое сообщество. Оксана Иванцив считает, что активистское кино в этом плане сегодня в лучшей ситуации, чем, например, другое авторское кино, поскольку оно может опираться на какое-то неравнодушное сообщество: «Это активное сообщество является ядром, заинтересованным в распространении фильма. Поэтому оно будет приглашать друзей, писать посты в соцсетях, распространять фильм и устраивать показы. Это очень большой потенциал, который нужно разумно включить на старте».

Сподобався матеріал?

Підтримай Заборону на Patreon, щоб ми могли випускати ще більше цікавих історій

Наверх