Тела в городе:

выставочное пространство «Джерело» в «Уровне цензуры»

dzerelo 02 scaled - <b>Тела в городе:</b> выставочное пространство «Джерело» в «Уровне цензуры» - Заборона

Раз в две недели в рубрике «Уровень цензуры нулевой» Заборона публикует работы одного фотографа, художника или коллектива. В них показаны истории, которые не созвучны с массовой культурой, либо подвергаются цензуре в СМИ и социальных сетях. В этом выпуске — самые громкие работы в арт-пространстве на месте старого советского бювета.


Киевское «Джерело» — это выставочное пространство, открытое для улицы. Оно расположено в заброшенном павильоне советского бювета на улице Богдана Хмельницкого, рядом со станцией метро «Театральная». Первый цикл экспозиций на площадке стал доступен еще в начале сентября 2021 года.

Открытость «Джерела» взгляду прохожих формирует и его программу. Кураторы проекта сфокусировались на четырех проблемных зонах: визуальной экологии, насилии, труде и гендерной политике. Они отображаются в видео-арте, который демонстрируется в «Джереле» круглосуточно. Каждая выставка построена на сочетании работ украинских и европейских художников. Проект проходит при поддержке Украинского культурного фонда и департамента культуры КГГА.


Экология Визуального: выставка «Кровь из глаз»

Мастерская MNPL (Украина)

В работе Double Trouble творческая группа MNPL рассматривает окружающую среду, наполненную визуальным шумом: беспорядочная застройка, наружная реклама, архитектура без авторов и т.д. Эти хаотичные элементы формируют замусоренное пространство и агрессивно влияют на наблюдателя. У авторов возникает желание избавиться от лишнего: удалить саму среду и оставить объекты без контекста, чтобы усилить внимание к ним.

Aurélie Bayad (Бельгия)

При помощи необработанного изображения, волос на ногах и внимания к удивительному и тревожному бельгийка Орели Баяд моделирует и формирует перед камерой тело — собственное или чужое. Для нее все становится поводом для новой съемки: песня, открытие неожиданного места или даже новый аксессуар. Ей просто удается привлечь внимание зрителя к путешествию между вуайеризмом, эксгибиционизмом и интимностью в эпоху интернета.


Насилие: выставка «Всё против вас»

Сергей Шабохин (Беларусь)

Работа Шабохина «Сады Мандрагоры» построена на архивах о парке Газенгайде в Берлине и парке Дружбы народов и Киевском сквере в Минске. На двух экранах идет параллельная демонстрация двух, казалось бы, таких разных контекстов: нелегальные рейвы и официальные пикеты; мягкая реакция берлинской полиции и агрессия минских силовых структур; сексуальность круизинга и энергия протеста; белые ленты с узлом на деревьях как символ ЛГБТК+ сообщества и белые ленты на руках как символ протестного движения в Минске; миф о Мандрагоре, росшей там, где на землю упало мужское семя, и стереотипы о Беларуси с их семиотикой картофеля. Таким образом, двойное видео, по словам автора, «не столько сравнивает контексты, сколько демонстрирует неутолимую жажду жизни и борьбу за свободу на фоне городских парковых ландшафтов».

Николай Карабинович (Украина)

«Что-то произошло этой весной» — это свидетельство красноречивого молчания о катастрофе. Вооруженные столкновения пророссийских и проукраинских сил в Одессе 2 мая 2014 года, закончившиеся массовыми жертвами в центре города и в Доме профсоюзов, создали открытую проблему описания и памяти об этих событиях в новейшей украинской истории. Кроме того, они привели, с одной стороны, к использованию образа жертв в российской пропаганде, а с другой — к формированию специфической местной культуры неупоминания, своеобразного «монумента молчания» на месте пожара.


Труд: выставка «В труде сконать»

Тарас Каменной (Украина)

«Камни-карандаши» — это рефлексия о работе художника. Каменной видит ВКТ — контактные троллейбусные вставки — как своеобразные «слепки», путешествующие по городу и оставляющие по себе след в виде незаметных глазу линий. Водитель троллейбуса управляет этими графитовыми инструментами-карандашами, а после прохождения определенного расстояния их можно найти выброшенными на троллейбусных кругах, развязках, где-то в центре города или на окраинах. Каменной же их собирает и использует, чтобы подвести промежуточные итоги своего творчества.

Мари Лукачева (Чехия)

В работе «Песня Милены» Лукачева размышляет о современных христианских церквях и том, как они отражают трансформацию мира, вызванную цифровыми технологиями и социальными сетями — в частности, трансформацию взглядов на эмансипацию женщин и феминизм. Видео на песню Милены выстроено на наследии киберфеминизма, концепцию которого в начале 1990-х сформулировала британская феминистка и теоретикиня киберкультуры Сэйди Плант.


Гендер: выставка «Осень бинарности»

Маша (Панда) Волкова (Украина)

Видео «Солнышко и божья благодать» представляет собой механизм из нескольких инсценированных фантазий, предельно раскрывающих сексуальный образ «женского» — как набор элементов для коллажа. Авторка перебирает их в альтернативном порядке, берет под свой контроль и демонстрирует их условность.

Ян Матисек (Польша)

«Влажные сны Левиафана» работают в ключе, близком к идеям гидрофеминизма, и приходят к образам, которые можно было бы описать выражением исследовательницы Астриды Немайн: «Все мы водяные тела». Флюидность тел и чувствительностей закономерно приводит к размытию гендерных ролей, к бесконечному избеганию бинарной и гетеронормативной системы. Ни мужчины, ни женщины, ни дети, ни взрослые, ни люди — и в то же время все они — пребывают в бесконечном взаимопревращении и перераспределении собственных границ.


«Уровень цензуры нулевой»  — это площадка для открытого диалога на сложные и табуированные темы, такие как сексуальность и телесность, стресс и депрессия, война и идентичность. Мы не платим гонорара за публикацию, но поможем сделать авторское высказывание услышанным, а также участвуем в его оформлении. Детали — здесь.