За нашу и вашу свободу. Как беларусы воюют за Украину | Заборона
Вы читаете
За нашу и вашу свободу. Как беларусы воюют за Украину

За нашу и вашу свободу. Как беларусы воюют за Украину

Со времен войны в Афганистане беларусы не принимали массового участия в боевых действиях. На Донбассе они стали третьей по численности национальной группой бойцов после украинцев и россиян. По беларуским законам, как добровольцы, так и беларусы, воюющие на стороне пророссийских боевиков, все равно являются наемниками, которых дома ждет наказание. Журналист Забороны Самуил Проскуряков узнал, что побудило граждан Беларуси ехать в Украину и почему «нейтралитет» беларуских властей действует в интересах России.


Дмитрий Палойка родом из Барановичей Брестской области. До войны работал на питерскую фирму, ездил в длительные командировки в Россию. Работу на родине не мог найти из-за политических преследований: Дмитрий был оппозиционным активистом. После аннексии Крыма мужчина понял, что грядет война.

«Некоторые знакомые и друзья в России догадывались, даже говорили: не вздумай ехать на войну, – рассказывает Забороне Палойка. – Типа там «хохлы, Бандера и фашисты», все в таком духе. Уволился, рассчитали – и поехал в Беларусь собрать вещи».

Фото из личных архивов героев текста

Оттуда Дмитрий звонил в украинские военкоматы, но они брали исключительно граждан Украины. В то же время тогдашний комбат Семен Семенченко призвал иностранных добровольцев вступать в ряды недавно созданного батальона «Донбасс».

С начала лета 2014 года Палойка дежурил на блокпостах, выезжал на спецоперации в Славянском, Артемовском (с 2016 года переименован в Бахмутский) и Марьинском районах Донецкой области. В составе штурмовой роты брал Попасную и Лисичанск Луганской области. Во время боев получил легкое ранение левой руки. В Курахово (Донецкая область), которое он вместе с другими бойцами патрулировал, Дмитрий нашел невесту – Виту Иванову, она работала учительницей музыки.

«Мне изначально нравилась идея Балто-Черноморского союза, и я не видел между нами [беларусами и украинцами] большой разницы. Беларусь, Украина, Польша исторически и культурно близки, и языки похожи. Когда начался Майдан, я очень переживал. Ну, а когда началась российская агрессия против Украины – считал своим долгом помочь».

Фото: Ольга Иващенко

В декабре 2014-го доброволец решил переехать в Украину с концами. Дал объявление о продаже своей квартиры в Барановичах, которую приобрел на заработанные в России деньги. Когда откликнулись покупатели, Дмитрий поехал на родину. Но случилось то, чего он не ожидал.

Изолятор КГБ

На вокзале родного города экс-бойца «Донбасса» задержали сотрудники КГБ Беларуси. По словам беларуского добровольца, его сдал брат, который хотел присвоить общую квартиру, доставшуюся от родного отца Дмитрия. Силовики держали добровольца в изоляторе 10 дней, а потом запретили выезжать из страны.

Работники КГБ психологически давили на Дмитрия. Допрашивали об участии в войне и о других беларусах-добровольцах. Мужчина делал вид, что всего лишь ездил к девушке и планирует жениться.

«Тогда они начали угрожать, что я больше никогда не вернусь в Украину, а если девушка приедет ко мне в Беларусь – посадят и ее».

Один из сотрудников КГБ, говорит он, выдавая себя за родственника Палойка, звонил Вите, чтобы узнать, воевал ли ее жених на востоке Украины. Но девушка ничего не рассказала. Доказательств было мало, поэтому добровольца отпустили. В апреле 2015 года Дмитрий с Витой поженились в Беларуси – это позволило снять запрет на выезд и вернуться в Украину.

Фото: Ольга Иващенко

«Когда разрешили служить иностранцам, я пошел и добился получения военного билета. Никто не хотел этим заниматься. Мне помог командир взвода на тот момент [это был Вячеслав «Филин» Власенко, полковник Вооруженных сил Украины, командир 46-го отдельного штурмового батальона «Донбасс» с 2015 года – Заборона]. Затем получил участника боевых действий, ведь закон это позволял».

«Обидно, когда ты рискуешь жизнью, а этого не замечают»

Иногда подвиги иностранных добровольцев на Донбассе остаются незамеченными. В июле 2019 командир 24-й отдельной механизированной бригады приказал подготовить документы для награждения уже младшего сержанта Дмитрия Палойка орденом за мужество третьей степени. Белорус обрадовался такой перспективе, ведь награда должна ускорить получение украинского гражданства.

Накануне Палойка под прицелом вражеского снайпера оттащил в укрытие и оказал первую медицинскую помощь тяжело раненому солдату Александру Шаровскому, пока охваченный паникой старший лейтенант Олег Константинов (позывной «Француз») бездейственно лежал на земле.

Необходимые для награждения документы собрали, но известие об ордене не поступало. Когда белорус обратился в военкомат, оказалось, что, по словам старшего лейтенанта Константинова, именно он оттянул Шаровского в безопасное место, а Палойка только «оказал первую медицинскую помощь».

Фото из личных архивов героев текста

«Получил ли кто-то в итоге награду, мне неизвестно, я тогда уже ушел из армии, – говорит Палойка. – Но ситуация расстраивает. Обидно, когда ты рискуешь жизнью, а этого не замечают. Это точно не мотивирует других на подвиги».

Версию беларуса подтвердил Забороне спасённый Александр Шаровский. «Все действия по моей эвакуации проводил Дима, ведь офицер, который был с нами, наверное, испугался, или у него были какие-то другие проблемы, – говорит он. – Но он оставил меня на поле боя, лег в посадке и просто плакал».

По словам Александра, старший лейтенант Константинов подделал документы и начал тормозить дело. «Доходило до того, что он угрожал мне тюрьмой, если буду дальше добиваться правды», – говорит Шаровский.

Палойка все еще не теряет надежды получить орден.

После выхода текста с редакцией Забороны связался старший лейтенант Константинов. Он подтвердил версию Палойки и Шаровского о том, что именно белорус оттащил раненого солдата в укрытие и оказал первую медицинскую помощь.

«Ложью является то, что я якобы испугался и плакал. Это токсичная ложь, которая бросает тень на офицера Вооруженных Сил Украины», — объяснил Забороне военный.

По словам старшего лейтенанта, он придерживался инструкций — упал на землю и вызвал подкрепление, а Дмитрий Палойка был рядом с Шаровским, поэтому смог его оттянуть. «Здесь он молодец — я с этим не спорю».

Старший лейтенант удивляется, как вообще Шаровский мог разглядеть его лицо, если был в полуобморочном состоянии. Слова пострадавшего считает местью за муштру и неоднократные дисциплинарные взыскания. Сам Шаровский подтвердил, что до инцидента имел проблемы с дисциплиной, однако утверждает, что это никак не повлияло на его показания. 

Константинов также отметил, что не подделал ни одного документа. Военный не знает, почему в расследовании Минобороны, копии которого предоставили Забороне Шаровский и Палойка, указано, что, по словам старшего лейтенанта, именно он оттянул Шаровского вместе с Палойкой. Офицер утверждает, что в справке об обстоятельствах такого не писал. 

«Неизвестно, через сколько ты станешь сепаром»

В конце 2019 года контракт Палойка с ВСУ закончился. 7 апреля 2020-го экс-доброволец получил украинский паспорт. Уже в июне 2020 он пришел к ставке 79-й бригады в Курахово. Хотел подписать новый контракт на полгода, но, говорит, ему отказали со словами: «У вас здесь почти все сепары. Если мы тебя возьмем, то неизвестно, через сколько ты станешь сепаром».

Фото: Ольга Иващенко

Сейчас Дмитрий пытается найти работу в Курахово, где живет с женой. Есть вариант, рассказывает он, работать в судебной охране. Экс-доброволец все еще надеется получить заработанную в бою награду. Вспоминая Беларусь, Дмитрий говорит, что скучает по природе, лесу, грибам и ягодам.

«Будущее [которое бы хотел для Беларуси] – уровень жизни, как в Польше или Литве. Демократия, европейские ценности, соблюдение прав человека. Хорошего президента и честно избранный парламент. Исторические национальные ценности чтобы помнили всегда».

Технику списать сложнее, чем людей

Беларуский доброволец Кастусь родом из Несвижа Минской области. Его позывной отсылает к национальному герою Беларуси Кастусю Калиновскому, одному из руководителей Январского восстания против Российской империи во второй половине XIX века.

Фото из личных архивов героев текста

Доброволец вспоминает, что с началом Майдана в информационном пространстве Беларуси доминировала российская пропаганда. Он чувствовал фальшь нарративов о государственном перевороте и фашистах, поэтому начал искать альтернативные источники информации о событиях в Украине. Следя за новостями, росло желание приехать на помощь, «но дома семья, работа, миллион дел – забор поставить, сарай достроить, ремонт сделать».

«В конце концов пришел к выводу, что себя не обманешь. Я не мог дальше оставаться в стороне. Если мы не поможем друг другу в борьбе с путинским нашествием, нас просто сожрут по одному».

Актуально

14 октября 2016 года Кастусь прибыл в Киев, а через два дня оказался в Марьинке.

Семья не поддержала добровольца. С бывшей женой Кастусь практически не общается. Раз в два-три месяца звонит маме и дочке. Чаще не может, поскольку опасается преследований родных беларуским КГБ, «там же даже SIM-карты привязаны к паспорту».

Фото из личных архивов героев текста

На фронте Кастусь был наводчиком–оператором боевой машины пехоты (БМП), «но технику на нулевку [фронт, передовая – прим. Забороны] никто особо не посылает, поэтому брал автомат, гранатомет. К сожалению, с советских времен повелось, что технику списать сложнее, чем людей».

Дай паспорт

Беларус ушел с фронта 1 июля 2020 года и переехал в Днепр. Здесь живет его невеста, с которой Кастусь познакомился в Facebook. Они не могут заключить брак, поскольку экс-доброволец потерял паспорт на Донбассе. Из документов остались только военный билет и водительское удостоверение. Кастусь обращался к Государственной миграционной службе в надежде получить украинский паспорт взамен утраченного белорусского.

«В ГМСУ мне говорят: дай паспорт. А я отвечаю, что он потерян. Что делать? Они там что-то вычитали и узнали, что можно без паспорта. Но нужен вид на временное проживание в Украине. Я объяснил, что служил в ВСУ – мне этот документ не нужен. И они мне говорят: «Получается, что три года вы незаконно находились в Украине». Если бы стоял, может, и упал бы».

Фото: Ольга Иващенко

Круг замкнулся. Вид не могут дать, поскольку нет белорусского паспорта. Новый украинский паспорт доброволец не может получить, поскольку нет вида. В то же время миграционная служба, по словам Кастуся, имеет заверенные нотариусом копии паспорта, «но это надо поднимать дело, заморачиваться, работать». Доброволец обратился в Министерство по делам ветеранов и надеется, что там ему помогут.

«Если Россия воспользуется моментом и вторгнется в Беларусь – мы все поедем защищать родину. Я знаю многих украинских ребят, которые поступят так же, враг у нас один. А усатый таракан [Александр Лукашенко – прим. Забороны] однозначно должен уйти».

Пророссийский нейтралитет

По словам Игоря Ильяша, соавтора книги «Белорусский Донбасс» о роли беларусов в войне на востоке Украины, бытует мнение, что беларуские силовики равнозначно преследуют и добровольцев, и боевиков псевдореспублик на востоке Украины. Практика разошлась с публичными декларациями Александра Лукашенко и силовиков: на самом деле спецслужбы Беларуси преследовали проукраинских добровольцев, но снисходительно относились к пророссийским боевикам. Последним, говорит он, позволяли спокойно приезжать домой с Донбасса, отдыхать, менять документы, общаться с журналистами – и снова возвращаться на войну.

Игорь Ильяш. Фото из личных архивов героев текста

«Нет ни единого случая, когда бы человек, засветившийся в публичном пространстве как участник войны на Донбассе на стороне Украины, не подвергался преследованиям в Беларуси, – пояснил Забороне белорусский журналист. – И наоборот: известны десятки случаев, когда боевики демонстративно заявляли о своем участии в войне на стороне «ЛДНР» и даже рассказывали об этом прессе, вплоть до того, какие деньги они за это получали и как убивали людей, – и при этом продолжали спокойно жить в Беларуси».

Равноудаленный нейтралитет Беларуси в конфликте на востоке Украины – еще один миф, говорит Ильяш. Благодаря тотальному господству в Беларуси российской пропаганды, которую Лукашенко совершенно не пытался ограничивать, сотни беларусов присоединились к незаконным вооруженным формированиям на Донбассе. К пророссийским боевикам и наемникам спецслужбы относились лояльно, зато преследовали добровольцев, защищавших независимость Украины. Кроме того, власти выдали государственным и частным предприятиям карт-бланш на нелегальную торговлю с ОРДЛО, не гнушаясь сотрудничеством даже с теми структурами, которые в Украине подозреваются в прямом финансировании терроризма. Все эти действия трудно вписываются в имидж нейтрального государства, которое признает суверенитет и территориальную целостность жертвы агрессии.

Фото: Ольга Иващенко

«В ходе войны Лукашенко, безусловно, мастерски лавировал между Россией, Западом и Украиной, – говорит Ильяш. – Но свобода маневра не была безгранична. На самом деле, внешняя политика Беларуси по российско-украинскому конфликту была независимой ровно настолько, насколько эту независимость был готов терпеть Кремль. В ключевых вопросах Минск шел строго в фарватере Кремля».

По мнению журналиста-исследователя, активная вовлеченность белорусов в войну на востоке Украины обусловлена ​​историческими, географическими и информационными факторами. Однако большинство белорусских граждан, которые поехали на Донбасс, воевали на стороне псевдореспублик. Соотношение, по данным исследовательского центра The Soufan Center, примерно 3 к 1. Подобный дисбаланс, говорит журналист, – прямой результат пророссийской политики Лукашенко, для которого имперская Россия гораздо ближе, чем Украина с ее евроинтеграцией.

«Во время войны на Донбассе в Беларуси царила Лозовская-Киселевская пропаганда, – говорит Ильяш. – То есть официальный Минск хоть и объявил о своем нейтралитете, однако транслировал у себя только российскую точку зрения на события и никогда – украинскую. Практически все беларусы-боевики, с которыми нам приходилось общаться в ходе подготовки книги «Белорусский Донбасс», признавались, что решили поехать на войну именно под влиянием сюжетов российских телеканалов».

Наверх