Бесславные подрывники. Часть 2: Дело «Лесника» - Заборона
Вы читаете
Бесславные подрывники. Часть 2: Дело «Лесника»

Бесславные подрывники. Часть 2: Дело «Лесника»

Бесславные подрывники. Часть 2: Дело «Лесника»

Факты, свидетельствующие, что супруги Грищенко были близко знакомы с некоторыми силовиками, заставили нас более детально изучить связи между представителями силовых ведомств и добровольческими батальонами. В ходе расследования нам удалось найти сразу несколько интересных фактов о подобном сотрудничестве — о них мы рассказываем во второй части материала. Первая часть – вот здесь.


Эти истории не имеют прямого отношения к убийству Павла Шеремета, но важны для общего понимания того, как между собой сотрудничают силовики и некоторые представители добровольческих батальонов.

Ветераны и фискалы

Ничто из известных фактов биографии супругов Грищенко не свидетельствует об их связи с кем-либо в России, где прячется от украинского правосудия бывший работодатель Павла Шеремета, бывший министр налогов и сборов Александр Клименко. Не обнаруживаются и какие-либо завязки в Беларуси, руководство которой имело давние счеты с Шереметом и, согласно обнародованным недавно аудиозаписям, возможно, даже планировало его убийство в 2012 году. 

Однако есть очень короткая цепочка, связывающая этих и других спорных и готовых на многое персонажей со спецслужбами и высшей политической элитой страны, пришедшей к власти после революции 2014 года. Понять ее помогает история одной лоббистской организации.

В декабре 2019 года, вскоре после того, как имя «Пумы» стало известно всей стране, Инна Грищенко возглавила ветеранскую организацию «Ассоциация комбатантов Украины». Почти все причастные к ней люди в той или иной степени связаны с ДУК «Правый сектор».

До «Пумы» во главе ассоциации стоял неоднократно судимый, в том числе за подрыв автомобиля, ветеран националистического движения Украины Виталий Применко, позывной «Котяра». Применко и его ближайшее окружение считают, что Инна Грищенко «отжала» у них ассоциацию, действуя заодно с одним из ее учредителей — предпринимателем Олегом Володарским. Это подтверждает и друг Применко, активист партии «Правый сектор» Максим Бутко, чья организация была одним из учредителей «Ассоциации комбатантов».

Сама Инна Грищенко любые обвинения в «отжиме» ассоциации отвергает и отказывается отвечать на них.

«Почему я должна защищать себя от людей, которых я толком не знаю? Мне эти люди вообще не интересны», — сказала она в интервью Забороне. Однако подтвердила, что ее пригласили на должность главы ассоциации двое других учредителей — криворожский молодежный активист Сергей Андрийчук и Олег Володарский.

Володарский любит называть себя «правозащитником» и снимает собственную телепрограмму, где выступает в качестве интервьюера. В этой роли он сделал информативное интервью с Владиславом Грищенко. 

До того как «Пума» возглавила организацию, члены «Ассоциации» провели две пресс-конференции, одна из которых была посвящена профильной теме — статусу бойцов добровольческих батальонов. Тема другой была несколько неожиданной: ее участники лоббировали создание Государственного бюро финансовых расследований — новой украинской спецслужбы, которая забрала бы у других силовых ведомств их золотую жилу — функции расследования экономических преступлений. Как показывает история героя первой части нашего расследования дела Шеремета, экс-министра Александра Клименко, эта сфера приносит коррупционерам сотни миллионов долларов.

В роли ведущего конференции выступал Володарский. Поодаль от него в роли «свадебного комбатанта» сидел лидер крайне правой организации «Белый молот» и один из основателей «Правого сектора» Владислав Горанин, который подозревался в убийстве троих сотрудников ГАИ в марте 2014 года.

Тон на мероприятии задавал бывший замкомандира спецназа «Альфа» СБУ Андрей Дубовик с интересным для человека из его среды позывным «Правосек». Кадровый сотрудник спецслужб, Дубовик был во время революции одним из телохранителей Арсения Яценюка. «Меня знали по Майдану руководители страны», — говорил он в одном из своих интервью. На момент пресс-конференции он являлся начальником службы охраны Нацбанка Украины, как он сам подтвердил в интервью Забороне.

dubovik screehshot - <b>Бесславные подрывники.</b> Часть 2: Дело «Лесника» - Заборона

Наконец, самым именитым участником был бывший руководитель главного следственного управления фискальной службы Вадим Мельник. Бюро финансовых расследований было его личным проектом. Забегая вперед стоит сказать, что закон о создании Бюро по-прежнему буксует в Раде, однако Мельник добился большего: с декабря 2020 года он является главойФискальной службы Украины.

Таким образом, между «подозреваемой» в убийстве Павла Шеремета «Пумой» и чиновниками уровня Мельника и Яценюка стоят только ветеран спецслужб Дубовик и Олег Володарский.

В разговоре с Забороной Инна Грищенко заявила, что «не может вспомнить», кто такие Дубовик и Применко. Дубовик, в свою очередь, утверждает, что знаком с супругами Грищенко «только шапочно». Один Виталий Применко говорит, что хорошо знает их обоих.

Дубовик ушел от вопроса о своем участии в лоббировании создания фискальной спецслужбы с помощью ветеранов «Правого сектора».

«У меня нет никакого интереса в этой ассоциации. Неинтересно — зачем мне мараться в чужом говне», — заявил он Забороне.

Поверить в искренность «Пумы» и Дубовика в этом вопросе трудно: слишком существенную роль они оба играли в ДУК «Правый сектор» и слишком тесно их связывает одна легендарная фигура, которая стала жертвой политического убийства за полгода до смерти Павла Шеремета.

Война за наследство

В декабре 2015 года в ходе спецоперации «Альфы» СБУ в квартире в Оболонском районе Киева был убит командир разведки ДУК «Правый сектор» Олег Мужчиль, позывной «Лесник». Силовики обвинили его в работе на российские спецслужбы.

Занимавший тогда пост замкомандира антитеррористического спецназа «Альфа» Артем Дубовик утверждает, что не был поставлен в известность об операции. У руководства СБУ действительно была хорошая причина не сообщать ему своих планах: Дубовик был близким другом «Лесника» с довоенных времен. Вскоре после смерти друга Дубовик уволился из СБУ.

Олег Мужчиль был легендарным персонажем и выступал в двух разных ипостасях. С одной стороны, он с 1990-х годов поднимал националистическое движение на востоке Украины вместе с двумя соратниками по организации «Тризуб» (ставшей впоследствии основой «Правого сектора») — Дмитрием Ярошем и Виталием Применко (тем самым, у которого в 2019 году Инна Грищенко «отожмет» «Ассоциацию комбатантов»).

С другой стороны, Мужчиль был видным деятелем украинского буддизма и создал под Донецком буддистский монастырь, который с началом российско-украинской войны стал базой «Правого сектора». Помимо обучения духовным практикам буддизма Мужчиль проводил там тренировки по боевым искусствам и ножевому бою, техникой которого в совершенстве владел. Именно на эти занятия за пару лет до войны стал приезжать спецназовец Дубовик. Так он и подружился с «Лесником», которого по сей день считает героем Украины, а не предателем и вражеским агентом.

Точно такого же мнения придерживаются и Инна Грищенко с Олегом Володарским.

«Это был один из наилучших профессионалов, которых я вообще встречала в своей жизни», — заявила Забороне «Пума», при этом наотрез отказавшись комментировать «дело Лесника». А Володарский неустанно воспевает «Лесника» в публичных выступлениях и в соцсетях.

Между тем ближайшие соратники «Лесника» люто ненавидят «Пуму» и Володарского. Причина тому — их противоречивая роль в «деле Лесника».

Наследство «учителя»

История этого конфликта начинается в Лондоне, где незадолго до гибели «Лесника» в конце 2015 года британские сторонники Евромайдана организовали передачу в Украину партии военного снаряжения. Оно предназначалось боевой паре диверсантов, осуществлявших операции против пророссийских сил на оккупированной территории Донбасса. У адресатов были позывные, отсылающие к скандинавской мифологии: «Хильда» и «Рагнар».

Это были Ольга Шевелёва и Павел Пятаков — россияне, которые по идейным соображениям приехали в Украину сражаться против армии своей страны. Они служили в ДУК «Правый сектор» и являлись непосредственными подчиненными начальника разведки Олега «Лесника» Мужчиля, которого считали своим духовным учителем.

Оба были арестованы в день смерти «Лесника» одновременно с супругами Кукелями, в чьей киевской квартире был застрелен Мужчиль. Эти четверо составляют костяк так называемой «группы Лесника» и, судя по постам в соцсетях, дружат с Виталием Применко и его ближайшим соратником Максимом Бутко.

Некогда громкое «дело Лесника» вяло движется и по сей день, однако всех его фигурантов безо всяких мер пресечения выпустили на свободу еще в 2016 году. Они отвергают обвинения в работе на российскую разведку и, напротив, утверждают, что были вместе с «Лесником» официальными сотрудниками Главного управления разведки Украины.

После того как Ольга Шевелёва (Забороне удалось пообщаться с ней через мессенджер) оказалась на свободе, она узнала о посылке из Лондона. Вещи ей передали, но поскольку ей негде было жить, она сдала их на хранение своему знакомому, криворожскому активисту Сергею Андрейчуку — тому самому, который позже помог Инне Грищенко стать главой «Ассоциации комбатантов».

Когда жилье нашлось, Шевелёва вернулась за вещами, но их и след простыл. Вскоре она выяснила, что к пропаже причастны Инна и Влад Грищенко. Те утверждают, что просто передали вещи на фронт в грузинский батальон. Это стало отправной точкой затяжного конфликта между супругами Грищенко и соратниками «Лесника».

До этого и Володарский, и Инна Грищенко принимали живейшее участие в судьбе членов «группы». Но по мере развития дела у обвиняемых, по их собственным словам, стали возникать сомнения: не работают ли супруги Грищенко и Володарский против них на стороне СБУ?

Осознание пришло в ходе знакомства с делом. По словам членов группы, оказалось, что ключевые показания против «Лесника» и его соратников дал тот самый активист Сергей Андрейчук. Заборона связалась с Андрейчуком — он пообещал дать комментарии, но перестал выходить на связь.

Подозреваемые по «делу Лесника» отказались от помощи Володарского и Грищенко. Главная их претензия к семейству Грищенко, которую и Шевелёва, и Валерий Кукель, в чьей квартире был застрелен «Лесник», озвучили Забороне, — в том, что те работают на СБУ. Кукель использует для этого слово «ссученные» (на тюремном жаргоне оно означает, что человек сотрудничает с администрацией исправительного учреждения).

«Дело Лесника» и бэкграунд связанных с его фигурантами людей иллюстрирует то, как Служба безопасности Украины продолжает давнюю традицию сотрудничества с радикальными националистами и полукриминальными персонажами. Суть такого сотрудничества состоит в привлечении людей, готовых на радикальные действия, к спецоперациям. Потом это позволяет сваливать на них ответственность и дистанцироваться от сомнительных ситуаций. Чтобы лучше понять, как это работает, нужно совершить экскурс в годы становления главной украинской спецслужбы.

Операция прикрытия им. Степана Бандеры

Виталий Применко носит выразительный казачий чуб и, как чеширский кот, улыбается в густую курчавую бороду. Как и Влад Грищенко, он неоднократно сидел в тюрьме, в том числе за попытку подрыва автомобиля.

Из всех героев нашей истории он дольше, чем кто бы то ни было, знал «Лесника». Оба в 1994 году вступили в военизированную организацию «Тризуб имени Степана Бандеры» и занимались распространением ее идей на Восточной Украине.

В рамках военной структуры «Тризуба» Применко имел звание «майора» и руководил деятельностью организации в Донецкой и Луганской областях. Из его рассказа следует, что «Лесник» был ниже него в иерархии, занимаясь донецким направлением. При этом оба числились сотникам «Тризуба». Старшим по званию был «полковник» Дмитрий Ярош, базировавшийся в Днепре.

С момента своего возникновения деятельность «Тризуба» была тесно связана со Службой безопасности Украины и конкретно с ее будущим главой Валентином Наливайченко. Молодой украинский дипломат, только что закончивший московский Институт службы внешней разведки имени Андропова, с начала 90-х появлялся на военных сборах «Тризуба», где подружился с Ярошем. Об этом Забороне рассказывает Применко.

По его мнению, сотрудничество с Наливайченко было на тот момент «полезным». Он и другие члены «Тризуба» сдавали Наливайченко «информацию по врагам, по российской агентуре, по всяким антигосударственным действиям». Кроме того, говорит Применко, тризубовцы осуществляли «операции прикрытия» — термин, который хорошо описывает смысл отношений СБУ с радикалами и криминалитетом с тех времен и до наших дней.

Тем не менее Применко считает, что Ярош в своем сотрудничестве с СБУ зашел слишком далеко, причем задолго до Майдана. Ветеран «Тризуба» награждает бывшего вождя тем же эпитетом, что и супругов Грищенко — «ссученный». Именно сотрудничество Яроша с СБУ Применко считает причиной злоключений, впоследствии выпавших на его долю.

Дело в том, что в конце 2000-х Ярош познакомил Применко с предпринимателем и политиком Эдуардом Кречем, владельцем содового завода в Славянске. 26 сентября 2011 года Применко в очередной раз встречался с ним, и в этот же день возле машины бывшей супруги предпринимателя, Веры Креч, произошел взрыв. Водитель случайно заметил барсетку с проводами под машиной и выкинул ее на газон, поэтому никто не пострадал. Применко был арестован как организатор взрыва и получил 6,5 лет тюрьмы по террористической статье.

Это был не первый его арест. Применко и раньше подозревал, что Ярош его подставляет, а теперь был в этом абсолютно уверен.

«Информацию о моей причастности и о том, где я был, менты получили от Яроша», — говорит Применко. Ярош, как и Наливайченко, не ответили на просьбы Забороны о комментарии.

После победы Майдана Применко вошел в список политзаключенных, которых освободили из тюрем по указу и.о. президента Александра Турчинова. В условиях стремительно надвигавшейся войны с Россией он снова решил не вступать в конфликт с Ярошем и вместо этого влился в ряды ДУК «Правый сектор».

«Была надежда, что это ссученное чмо каким-то образом исправится и искупит грехи свои активной борьбой», — говорит Применко.

Так ветеран «Тризуба» и потомственный козак Применко оказался на базе ДУК. В комнате напротив жила уже упомянутая нами диверсионная «боевая пара» «Лесника» — россияне Ольга Шевелёва и Павел Пятаков. Тут же по соседству находились примкнувшие к «Правому сектору» супруги Грищенко, а куратором от спецслужб выступал замкомандира «Альфы» Андрей Дубовик.

«Ну такое… убийства, разбои»

История ДУК «Правый сектор» и ряда других добробатов чем-то напоминает сюжет фильма Квентина Тарантино «Бесславные ублюдки». Многие пришли туда смывать кровью свое преступное прошлое и проявили бесспорный героизм на поле боя. При этом, как и в давние тризубовские времена, этот отчаянный контингент был идеальным «материалом» для операций прикрытия. Формально не привязанные к СБУ, они в то же время должны были погибнуть в бою или, если надо, отсидеть — «за себя и за того парня».

В апреле 2014 года, через четыре дня после объявления о начале антитеррористической операции на Донбассе, и.о. президента Украины Александр Турчинов подписал закон о масштабной амнистии. Автором закона был депутат и генерал СБУ Андрей Кожемякин — один из лидеров партии «Батькивщина», игравший важную роль в руководстве Майдана. Противники Майдана утверждали, что Дубовик являлся его помощником, но в интервью Забороне он отрицает эту связь.

Турчинов в интервью ВВС в 2017 году вспоминал встречу с одним из добробатов в начале войны: «Один из присутствующих, весь в наколках, спросил: «Начальник, а амнистия будет или нет? Там у нас ребята интересуются». Спрашиваю, а что за ребята. «Ну, там такое… убийства, разбои».

Владислав Грищенко довольно точно подходит под описание таких «ребят», причем тех из них, кто не чужд тесному сотрудничеству с силовиками. В декабре 2013 года он освободился из Бучанской колонии и сразу же оказался на Майдане. «Его история после всех его отсидок началась с меня и с Майдана», — говорит Инна Грищенко.

Освободиться досрочно «Буче», по словам его жены, помогли «золотые руки» и профессия краснодеревщика. Этими золотыми руками была отремонтирована комната длительных свиданий, которой в колонии заведовала «Пума», работавшая там психологом.

Инна Грищенко рассказывает, что «контингент» Бучанской колонии с энтузиазмом воспринял революцию. На собранные заключенными деньги она закупала бутерброды и, часто не снимая формы, носила их на Майдан. Она отказывается говорить, в какой сотне был ее будущий муж и к кому на Майдане она примкнула. Она утверждает, что знает многое о зарождении «Правого сектора», однако делиться этими знаниями не намерена.

Пятый батальйон

Когда началась война, Влад Грищенко сначала пытался мобилизоваться через военкомат, но когда это не вышло, то позвонил на «горячую линию» «Правого сектора» и был без проблем принят в ряды ДУК. Об этом он рассказал в интервью Володарскому. 

Его будущая жена Инна сначала приезжала на базу в качестве волонтерки, а потом командир ДУК ПС Андрей Стемпицкий предложил ей стать штатным психологом — то есть, по словам ее мужа в том же интервью, заниматься тем же, что она делала на предыдущем месте работы.

Сама «Пума» в интервью Забороне заявила, что «была тем человеком, который создал в ПС службу контрразведки». Это подтверждают и некоторые наши источники в пятом батальоне ДУК ПС.

Влад Грищенко быстро стал командиром разведгруппы в этом же батальоне. Опубликованное весной 2015 года видео с участием Влада Грищенко обозначает его разведгруппу как «Терминаторский спецназ». Никто из опрошенных нами бойцов «Правого сектора» о такой группе не слышал, но Инна Грищенко подтвердила ее существование.

Разведкой ПС руководил тот самый «Лесник» — он занимался спецподготовкой «Бучи».

«Он все мне показывал: как передвигаться по лесу, как общаться в лесу, как ходить тройкой, двойкой. Я, и в дальнейшей моя группа, очень много почерпнули из его знаний», — говорил Грищенко в интервью Володарскому.

Виталий Применко называет супругов Грищенко «мародерами». Он признает боевые заслуги «Бучи», однако считает рассказы супругов об участии «Пумы» в боевых действиях вымыслом, а в полученном ею боевом ранении обвиняет ревнивого мужа. Под ранением имеется в виду травма ноги, из-за которой она, по ее словам, ходила с костылями до 2017 года. Инна Грищенко отказывается давать комментарии по поводу этого ранения.

Наш источник в ДУК утверждает, что Инна Грищенко в составе «группы «Лесника» участвовала в диверсиях на территории Донецка. В разговоре с Забороной она сказала, что никогда не работала вместе с «Лесником», однако вопрос о диверсиях оставила открытым.

Бывший чиновник из окружения экс-президента Украины Виктора Януковича Андрей Портнов опубликовал фотографию, на которой Влад Грищенко и его побратимы одеты в форму перешедших на сторону пророссийских боевиков донецких милиционеров с георгиевскими ленточками. Инна Грищенко подтвердила Забороне подлинность этих снимков — она утверждает, что полиция изъяла у них с супругом компьютер, на котором они хранились. 

По словам самого Влада Грищенко и других бывших бойцов «Правого сектора», диверсионные операции ДУК в тылу врага планировались и осуществлялись с участием СБУ.

ДУК СБУ

Отношения государства с волатильной массой «правосеков» были крайне сложными. В течение 2015 года раз за разом происходили инциденты, в результате которых бойцы ПС оказывались за решеткой, например, после перестрелок в Мукачево и на Драгобрате. В мае дело дошло до осады базы ДУК в Днепропетровской области армейскими частями. 

В работе с «правосеками» спецслужбы использовали метод кнута, в качестве которого выступала перспектива тюрьмы, и пряника — возможности жить на государственном довольствии.

Ключевую роль в приручении «правосеков» играл «Правосек» Андрей Дубовик.

«Я вам раскрою одну небольшую тайну, — говорил Дубовик в интервью Забороне. — Собирались создать на базе ДУК батальон, подчиненный СБУ. Я планировал управление этого батальона».

Дубовик сделал карьеру в СБУ, но с приходом Януковича уволился. По его собственным словам, у него была своя охранная фирма, но при этом он консультировал различные силовые структуры, создававшие собственные подразделения спецназа — например, МВД. Кроме того, он выступал в качестве «эксперта-криминалиста» в программе телеканала СТБ «Битва экстрасенсов».

Как только начался Майдан, Дубовик оказался частью узкого круга политических и военных руководителей революции. Он не только охранял Яценюка, но и вел переговоры с силовиками — например, при захвате восставшими киевской городской администрации. Как он признавался в одном из своих интервью, применял и оружие — «стрелял по титушкам».

После победы Майдана руководителем СБУ был назначен покровитель «Тризуба» Наливайченко, а Андрей Дубовик вернулся в родное ведомство. Его назначили заместителем командира спецназа «Альфа». В этом качестве он участвовал в первом бое войны на Донбассе, и впоследствии плотно занялся работой с ДУК ПС. Ветеран «Тризуба» Виталий Применко говорит о том, что у батальона «с этим человеком было хорошее сотрудничество».

По словам Применко, интеграция бойцов «Правого сектора» в «Альфу» началась еще в 2014 году.

«Было такое предложение и в этом направлении началось оформление групп, — говорит Применко. Отбор прошли далеко не все желающие. Но часть прошла, и мы с ними сотрудничали».

«По уши в шоколаде»

Но «медовый месяц» Дубовика с «Правым сектором» продолжался лишь до июня 2015 года. Президент Порошенко уволил Наливайченко и назначил на место главы СБУ своего бывшего охранника Василия Грицака. Планам Дубовика создать из «правосеков» «самый патриотичный, самый правильный батальон» не суждено было сбыться.

В этом он винит Дмитрия Яроша, который, по словам Дубовика, «прибежал до Грицака, встал на колени, — я навеки ваш и все». В результате, говорит Дубовик, ДУК ПС превратился в «подпольную карманную армию Грицака». В описании произошедшего чувствуется резкая неприязнь Дубовика не только к Грицаку, но и к президенту Порошенко.

«Что сделал Дмитрий [Ярош]? Он своим рылом плюхнулся в шоколад и все. По уши в шоколаде», — говорит Дубовик.

Со сменой власти в СБУ совпала и резкая радикализация друга замкомандира «Альфы» — «Лесника». Он начал открыто призывать к повстанческой революционной борьбе против действующей украинской власти, а также к террористической деятельности на территории России с целью срыва минских договоренностей.

В постах, опубликованных летом 2015 года, «Лесник» называет действующую власть Порошенко «олигархическо-криминальным режимом», а все политические силы, признающие ее, — «антигосударственными, антиукраинскими и антинародными». В одном из манифестов он призвал начинать вооруженную борьбу уже сейчас: «захватывать оружие, финансы и снаряжение».

Там же он обещал, что повстанцы со всей суровостью разберутся с «псами из МВД, СБУ и Нацгвардии» и их семьями как с «врагами и предателями украинского народа». При этом о самом народе он отзывался пренебрежительно — как о рабской, аморфной массе, к мнению которой не стоит прислушиваться.

Считая руководство ДУК ПС предателями, «Лесник» пытался возродить Украинскую повстанческую армию, даже издавая директивы от ее имени на блоге ukr-sprotiv, и партизанскую практику аттентатов — убийств политических противников.

Неизвестно, насколько близки эти взгляды Дубовику (судя по интервью Володарскому — отчасти да), но он взялся устраивать дела боевой группы своего друга «Лесника» в новых условиях. Теперь он хотел, чтобы разведчики «Правого сектора» присоединились не к СБУ, а к Главному управлению разведки Министерства обороны (ГУР). Это ему удалось.

«Не буду раскрывать все карты, через кого я это сделал, но я пролоббировал это», — рассказывал Дубовик в интервью Володарскому. 

Однако что-то пошло не так. В сентябре группе сменили куратора. Шевелёва объясняет это сменой в руководстве ГУР. В июле 2015-го во главе службы был поставлен бывший начальник службы контрразведки СБУ Валерий Кондратюк.

«Новый куратор «Лесника» не устраивал. Они тянули время, и «Лесник» заговорил о разрыве отношений с ГУР, поставил условия: нормально работаем или расстаемся, — рассказывает Забороне Ольга Шевелёва. — Через день все и произошло», — говорит она, имея в виду операцию «Альфы», приведшую к гибели Олега Мужчиля.

В интервью Володарскому Дубовик обвинил в планировании ликвидации «Лесника» Андрея Таранова, координатора силовых ведомств в администрации президента Порошенко. Сам Таранов погиб, катаясь на скутере по Днепру, в сентябре 2016 года.

На крючке

Вслед за операцией по ликвидации «Лесника» последовала череда репрессий против бойцов «Правого сектора». Тон в этом процессе задавала тесно связанная с СБУ Военная прокуратура, которую тогда возглавлял генерал СБУ Анатолий Матиос. Его роли в деле Шеремета посвящена вторая часть нашего расследования.

В феврале 2016 года Матиос назвал ДУК ПС «незаконным вооруженным формированием». Посты «правосеков» весной того года пестрят петициями за освобождение попавших в тюрьму товарищей по оружию и призывами принять участие в акциях давления на суды. 

В марте того же года, за четыре месяца до гибели Шеремета, под каток репрессий попал и «тризубовец» Виталий Применко. Славянская межрайонная прокуратура неожиданно решила заново посадить его по делу о подрыве автомобиля, по которому он уже отбывал шестилетний срок до Майдана. Делу не дали ход, однако Применко сделал вывод, что находится «на крючке» и в любой момент может снова оказаться за решеткой. Не меньшей неожиданностью стало для него и включение в списки врагов Украины на сайте «Миротворец», тесно связанном с СБУ, — об этом он сам сообщил Забороне. 

Как ему удалось выкрутиться из этой ситуации, Применко не рассказывает. Однако обращает на себя внимание то, что на пике своих проблем с правосудием он несколько раз созванивался с Владиславом Грищенко — два раза в апреле и два раза в июне 2016 года. После последнего созвона с Применко «Буча» имел 9 разговоров с прокурором Военной прокуратуры АТО Павлом Горячком. Это происходило за три недели до убийства Шеремета.

Выкрутиться в 2016 году удалось не одному Применко, а почти всем рисковавшим попасть за решетку «правосекам». В течение 2016-го и частично в начале 2017 года на свободе оказались и «российские диверсанты» из «группы Лесника». Они продолжают жить в Украине и уверены, что будут способны отстоять свою невиновность.

Таким образом, на момент гибели Павла Шеремета как минимум несколько бойцов ДУК «Правый сектор», обладающих навыками проведения диверсий, терактов и взрывов, находились «на крючке» у украинских силовиков — действующих и бывших, представляющих разные, часто враждебные друг другу политические фракции.

Интересно, что Влада Грищенко задержали по делу о покушении на косовского криминального авторитета в сентябре 2019-го в Ивано-Франковске и поместили вместо СИЗО в изолятор, находящийся в ведомстве полиции. 9 декабря, за 3 дня до громкого брифинга МВД, его перевезли в Киев — также в полицейский изолятор. Там, утверждает «Буча», ему предлагали «взять на себя» либо убийство Шеремета, либо ликвидацию начальника спецрезерва Главного управления разведки Минобороны Максима Шаповала (погиб во время взрыва автомобиля 27 июня 2017 года в Киеве). Кроме того, когда арестовали «Пуму», ее также поместили в полицейский изолятор вместо СИЗО. По словам Инны Грищенко, ее 77 дней держали там и ни разу не вызвали на допрос.

Замглавы МВД Антон Геращенко в комментарии Забороне заявил, что продолжает считать «Пуму» и «Бучу» причастными к убийству Павла Шеремета.

«По ним недостаточно было фактов, чтобы предъявить обвинения по делу Шеремета, — сказал Антон Геращенко журналисту Забороны. — Однако мы уверены, что они многое знают про обстоятельства подготовки убийства Павла Шеремета. Но еще раз говорю — мы же только законными методами действуем».

Все эти люди — супруги Грищенко, соратники «Лесника» и сотни других бойцов добробатов — остаются легко мобилизуемым ресурсом для операций прикрытия, проводимых профессионалами из спецслужб. Не важно, идет ли речь о лоббировании вопроса на много миллиардов от имени ветеранской организации или о теракте против журналиста с целью вызвать «эффект Гонгадзе», как охарактеризовал предполагаемый мотив кураторов «Пумы» и «Бучи» замминистра внутренних дел Геращенко. А еще правоохранителям не составляет труда «повесить» резонансное дело на таких людей для достижения собственных политических целей.


Если у вас есть материалы, которыми вы хотите поделиться с нашей расследовательской группой, или оставить непубличный отзыв,
пишите нам сюда.

Авторы:
Леонид Рагозин
Самуил Проскуряков
Роман Степанович
Александр Гуменюк
Екатерина Сергацкова

Расследование создано при поддержке:
Фонд Justice for Journalists («Справедливость для журналистов»)
Open Society Foundation
Патроны и донатеры Забороны

Присоединяйтесь к сообществу Забороны, поддерживайте наш отдел расследований здесь.

Наверх