Из наркотика в лекарство. Как в Украине лечат депрессию с помощью кетамина | Заборона
Вы читаете
Из наркотика в лекарство. Как в Украине лечат депрессию с помощью кетамина

Из наркотика в лекарство. Как в Украине лечат депрессию с помощью кетамина

Автор:
Из наркотика в лекарство. Как в Украине лечат депрессию с помощью кетамина

В мировой психотерапии еще с 70-х годов прошлого века проводят тесты некоторых психоактивных препаратов для лечения ментальных расстройств. Например, псилоцибин, каннабис, MDMA или микродозы ЛСД. Все они запрещены в Украине кроме кетамина, который также показывает хорошие результаты в борьбе с симптомами депрессии. Это вещество производят в Киеве и здесь же находится первая и единственная в Восточной Европе клиника кетаминовой терапии «Экспио». Специально для Забороны журналистка Лиза Мороз разобралась, как работает кетаминовая терапия и действительно ли она эффективна.

Этим текстом Заборона продолжает серию публикаций о ментальном здоровье. Еженедельно мы вместе со специалистами рассказываем, как работает наш мозг и как помочь нашей психике. Наши предыдущие материалы об этом можно почитать здесь.

Два года назад 40-летняя Анна [она попросила не указывать ее фамилию] оказалась в депрессии. Каждый день она рыдала, практически не вставала с кровати и не могла ходить на работу. Причинами такого состояния были профессиональное выгорание и серьезные проблемы со здоровьем у ее сына. Именно с этими запросами она обратилась за помощью к психологу.

За полтора года терапии в ее жизни произошли большие перемены. Она уволилась с работы, сын переехал жить в отдельную квартиру. Депрессия закончилась. 

«В целом все было хорошо. Но я не чувствовала себя счастливой. Я пыталась найти что-то, что бы меня порадовало. Перепробовала кучу вещей: и дайвинг, и серфинг, и новую работу. Но все казалось бессмысленным», — вспоминает те времена Анна.

Тогда же психолог заговорил с ней про различные эксперименты с психоактивными веществами, о которых узнал от своих клиентов. В том числе рассказал про кетаминовую терапию, которой занимается его коллега Владислав Матреницкий. Анна никогда не употребляла психоактивные вещества, но задумалась: «Если мне не приносят удовлетворения мои новые увлечения, может, мне стоит попробовать хардкор?». И она решила изучить все, что касается кетамина.

Ее волновали вопросы интоксикации, зависимости и отсутствие официального диагноза — «выгорание» она поставила себе сама. Она предполагала, что кетаминовая терапия может быть похожей на состояние наркоза. Но именно этого она и боялась. Однажды, когда ей делали операцию и ее сознание было выключено, она слышала голоса и путалась в лабиринтах. Повторения этого она не хотела.

Популярный анестетик и наркотик насильников

Кетамин используют в медицине и ветеринарии как препарат для хирургического наркоза. Впервые его синтезировали в 60-х и применяли во время войны во Вьетнаме для обезболивания. Он стал популярным, потому что не вызывал таких побочных эффектов, как делирий и психоз, которые сопровождают другие анестетики.

Для медицинского наркоза требуется самая большая дозировка (2-3 мг/кг). Она отключает от болезненных ощущений и реальности и погружает в транс с четкими или расплывчатыми галлюцинациями. Эти психоделические эффекты препарата в процессе операций гасят другими веществами. Так что большинство пациентов не помнит свой операционный «трип». Зато именно эти «побочки» делают кетамин популярным клубным наркотиком, а также наркотиком насильников – они подмешивают кетамин своим жертвам.

Витамин К, или «кет», как еще называют это вещество, бывает в виде белого порошка, таблеток или бесцветной жидкости. Он провоцирует всплеск эйфории, но не такой сильный, как от экстази. Также люди, употребляющие «кет», говорят о чувстве полного расслабления, вершине блаженства. 

«Я испытывала спокойное счастье — будто вот-вот умру. Мне не было страшно, потому что я принимала свою судьбу. Я знала, что все правильно, и чувствовала себя самодостаточной в этом экзистенциальном одиночестве», — описывает свой кетаминовый трип клиническая психологиня Карина.

А ее партнер Матвей пережил диссоциацию: «Мое тело начало меня «отпускать». Я все еще находился в его пределах, но слабее ощущал его границы. В тот момент во мне стало намного меньше «меня». Я наблюдал за всем со стороны. Ни одно вещество, которое я пробовал, не делало меня настолько «неживым», как кет».

Карина и Матвей убеждены, что они аккуратно соблюдали дозировку, поэтому не попали в кетаминовую яму (K-hole). Это состояние сильной диссоциации, которую сопровождают яркие галлюцинации. Некоторые боятся туда падать, потому что там их могут поджидать тревога и страх. Другие, наоборот, стремятся провалиться в K-hole, потому что для них это самый желанный эффект кетамина.

Штопор для бессознательного

«Кетаминовая яма — это неуправляемый выброс негативного психического содержимого. То, что делаю я, — это управляемая яма. Моя задача — не позволить человеку упасть в нее, а пройтись по краю», — объясняет Забороне смысл кетаминовой терапии врач-психотерапевт и основатель центра кетаминовой терапии «Экспио» Владислав Матреницкий.

Кетаминовая терапия — это новое направление в лечении психических проблем. Подключение этого психоделика к процессу психотерапии позволяет получить доступ к бессознательному и вывести на поверхность подавленные травмы и конфликты в виде образов и ощущений. 

Глубина проникновения в подсознание зависит от количества вводимого вещества. Психолитическая доза (0,5 мг/кг) вводит пациента в трансовое или сновидческое состояние. А более высокая — психоделическая — вызывает сильный диссоциативный эффект и погружает человека в трансовые переживания. Психолитический опыт можно сравнить с простым просмотром фильма. А психоделический — с активным участие в нем. 

Владислав Матреницкий обращает внимание на то, что в неуправляемых условиях кетамин может привести человека в бэдтрип, у которого есть множество осложнений, например, панические атаки и фобии. Терапевт же знает, как правильно переработать содержимое психики.

«Допустим, женщина в трипе видит руку соседа, который изнасиловал ее в детстве. Она говорит мне об этом. А я помогаю ей заместить этот образ символами. Для этого я вхожу в состояние транса, чтобы придумать заместители, через которые она безопасно проживет этот опыт. Каждый раз это импровизация, творчество», — приводит пример подобной работы врач-психотерапевт.

Врач в трипе

Владислав Матреницкий занимается кетаминовой терапией уже два года. Его клиника «Экспио» находится в НИИ геронтологии Академии Медицинских Наук Украины в Киеве. Это пара небольших кабинетов на первом этаже клинического корпуса НИИ. Днем здесь пахнет едой из столовой. А после 16:00 — стоит тишина, которую нарушает только телевизор в каморке вахтера. В одном кабинете Матреницкий проводит психотерапию с пациентами, которых сажает в кожаное кресло, покрытое пледом. В другом стоит кушетка, на которую ложится человек, чтобы погрузиться в кетаминовый транс.

За все время существования центра эту процедуру прошло пару сотен человек. Но только 10 из них пришли именно за кетаминовой помощью. «В основном это ищущие интеллигентные люди, которые понимают, зачем им это нужно», — подтверждает основатель «Экспио».

В кетаминовую терапию Матреницкий пришел из медицины. В 1986 году он окончил Одесский медицинский институт. Несколько лет проработал участковым терапевтом в Киеве и параллельно защитил диссертацию. 

Но традиционный подход к лечению людей не давал ответов на его вопросы — например, почему одни люди стареют быстрее и болеют больше других. Поэтому он решил оставить медицинскую практику и занялся духовным поиском. Матреницкий изучал герметическую алхимию, буддизм, шаманское целительство и звукотерапию. За знаниями он ездил и к турецким шейхам, и в степи средней Азии. И, конечно, практиковал все это сам.

Постепенно он понял, что буддизм прав: все проблемы от ума. Поэтому углубился в психотерапию. Матреницкий получил образование в Украинской национальной академии последипломного медицинского образования им. П. Л. Шупика и стал практиковать трансперсональную психологию. Это направление изучает опыт измененных состояний сознания, которые переживает человек в медитациях, сновидениях, во время холотропного дыхания и под действием легких наркотиков. 

В частной практике врач столкнулся с пациентами, которым не помогали антидепрессанты, а обычная психотерапия лишь немного улучшала состояние, но не решала глубинных проблем. Поэтому он стал проводить с ними трансовые медитации, которые позволяли выйти за пределы психологических защит на уровень подсознания и «перепрошить» психику. Использовал транскраниальную магнитную стимуляцию, которая подавляет избыточную активность мозга, возникающую во время стресса. А затем обнаружил, что в мире начали использовать кетамин для лечения фармакоустойчивой депрессии, и решил внедрить его в свою практику.

Матреницкий не проходил специальное обучение кетаминовой терапии. Но самостоятельно изучал современные психотерапевтические техники и духовные практики, в которых есть измененные состояния сознания. До сих пор каждый день он начинает с научной периодики о применении кетамина и других методик, чтобы быть в курсе нововведений.

«Так я и научился использовать кетамин. Да и сам был в трипе. Ведь, чтобы помочь человеку, нужно знать изнутри, как это работает», — комментирует психотерапевт.

Новый антидепрессант с быстрым действием

Еще в 80-х в СССР начали проводить исследования кетамина для лечения алкогольной и наркотической зависимостей. Этим занимался нарколог Евгений Крупицкий вместе с коллегами. С помощью фармакогипноза, то есть введения пациента в кетаминовый транс, им удалось добиться длительной ремиссии у 65% пациентов. 

«Мы поняли, что применяя кетаминовую психотерапию, мы можем помочь пациентам найти новые ценности и смыслы в жизни, не связанные с алкоголем», — рассказывал Евгений Крупицкий. 

Но в начале 2000-х в России ужесточили законы, связанные с использованием психотропов, и исследования прекратились. Сейчас в США и Европе кетамин используют для лечения фармакоустойчивой депрессии. Последние исследования в этой области говорят, что большинство пациентов чувствуют облегчение симптомов сразу после инъекции, а эффект держится в среднем от нескольких часов до нескольких недель. 

Чтобы пролонгировать антидепрессивный эффект кетамина, ученые тестируют курсы капельниц с этим препаратом. Это может быть микродозинг из четырех-шести инъекций один-два раза в неделю или ежедневно в случае тяжелых психических состояний. Исследование канадских психиатров, которые вводили кетамин три раза в неделю в течении двух недель 37-ми пациентам с резистентной депрессией, показало, что у 69% участников после окончания сессии пропали суицидальные мысли. 

Именно быстрое действие психоделика заставляет ученых активнее изучать его терапевтические свойства. Поэтому его применяют и для лечения других ментальных расстройств. Психиатр и нейробиолог из Стэнфорда Кэролин Родригес заметила, что у пациентов с обсессивно-компульсивным расстройством, которым вкалывали 0,5 мг/кг кетамина (микродоза), сокращались навязчивые мысли.

Все эти исследования, демонстрирующие положительный эффект кетамина, подтолкнули американское управление по контролю за лекарствами (FDA) одобрить назальный кетаминовый спрей Spravato для лечения устойчивых форм депрессии. Spravato так же, как и инъекции, в краткосрочном исследовании показал статистически значимый результат, который наблюдался в течение двух дней. А в долгосрочном исследовании, в котором, помимо Spravato, пациенты принимали антидепрессант, у пациентов с депрессией проходило значительно больше времени до рецидива симптомов, чем у участников, получавших спрей плацебо и антидепрессант.

Разрешение на кайф

«Я не развлекательный центр и не делаю кетаминовую капельницу всем желающим. Только тем, кому это действительно нужно», — поясняет Владислав Матреницкий.

Все начинается с диагностики. Если врач заключает, что у человека есть серьезные нарушения психики, депрессия, сильная тревога или выгорание, с которым нужно быстро справиться, то он приступает к терапии.

Анна три раза переносила встречу с Матреницким, потому что боялась встретиться в трипе со своими страхами:

«Когда приближался «день икс», я думала, а стоит ли оно того. Может, жить в матрице лучше? Хотя бы не так страшно. Мне казалось, что это необратимый процесс, после которого мир уже не будет прежним». 

Но когда она села на стул в кабинете Матреницкого, сразу почувствовала доверие к нему. Он расспросил ее про самые явные стрессовые факторы в ее жизни. Анна рассказала о тревоге за сына. И неожиданно для себя расплакалась, хотя считала, что это не должно было ее задеть. В тот момент она окончательно убедилась, что позволит себе погрузиться в трип.

Женщина подписала документ о том, что знает, что делает, и несет за это персональную ответственность, и легла на кушетку. Врач укрыл ее пледом, вставил иглу с капельницей в левую руку. Как только упала первая капля кетамина, психотерапевт попросил Анну сосредоточиться на ощущениях в теле. Через две минуты она почувствовала легкое опьянение, расслабление, онемение губ и пальцев, а ее глаза закрылись под тяжестью век.

Дальше Матреницкий попросил ее увидеть тревогу, с которой она хочет поработать. В сознании женщины всплыла цветная абстракция, которая затем рассеялась, как индийские краски холи. Некоторые люди под небольшими дозами кетамина продолжают говорить с терапевтом, но Анна предпочла уйти в себя. При этом она несколько раз осознанно проверяла, может ли двигать руками и ногами, чтобы дать отпор врачу, если вдруг он захотел с ней что-то сделать.

«Я слышала звуки внешнего мира, и это влияло на то, как раскручивались схемы в моей голове. В какой-то момент я увидела зеленого новогоднего лося, выходящего из тумана, потому что у кого-то на телефоне заиграл «Джингл белс». Но чем больше я пыталась контролировать процесс, тем больше было тревоги. В какой-то момент я приняла решение отпустить себя. Мне стало лучше, но я все равно не проживала этот опыт, а будто смотрела на него со стороны».

Через час Анна очнулась. Края капюшона ее худи были мокрыми от слез. Она не знала, почему плакала. Но еще в трансе ощущала, как слезы катились по щеке и падали на ткань. Под конец ей не хотелось, чтобы трип завершался. «Я не испугалась этого чувства. Думаю, это был самый главный эффект терапии и ключевой момент в борьбе с тревогой. Я позволила себе отпустить ситуацию, перестала контролировать и начала кайфовать», — вспоминает она.

Еще минут 20 Анна говорила с врачом о том, что видела и чувствовала, и что это значит для нее. Затем женщину встретил сын и отвез домой. Они поужинали. И Анна впервые в жизни разрешила себе отдохнуть без чувства вины.

Трансформация биохимии мозга

Как работает кетамин и почему он так эффективно, хоть и краткосрочно, ослабляет депрессивные симптомы, до конца неизвестно. Существует гипотеза, что он блокирует NDMA-рецепторы, которые отвечают за обмен нейромедиатора глутамата. Это один из самых важных нейромедиаторов, регулирующих процессы возбуждения и торможения в мозге. При хроническом стрессе у человека накапливается слишком много глутамата, поэтому он чувствует взбудораженность, нервозность и тревожность. Кетамин же блокирует эти рецепторы, и глутамат не так сильно влияет на настроение. 

Более того, исследование, проведенное нейробиологом и психиатром Конором Листоном на мышах, подтвердило, что кетамин сначала вызывает изменения в работе мозговых цепей, улучшая поведение «депрессивных» мышей в течение трех часов, а потом стимулирует возобновление роста синапсов. То есть кетамин способствует нейропластичности — восстановлению связей между нейронами. Однако мыши, находящиеся в состоянии стресса, довольно далеки от людей с депрессией. «К тому же нет реального способа измерить синаптическую пластичность у людей, поэтому будет сложно подтвердить эти результаты на людях», — говорит нейробиологиня Анна Бейелер.

Сейчас некоторые ученые сходятся на том, что на самом деле важен не биохимический компонент действия кетамина, а его диссоциативный эффект. Карлос Зарато, руководитель кетаминового направления в Национальном институте здоровья США, пишет, что чем сильнее диссоциация, тем лучше терапевтический результат. 

Есть предположение, что психоактивные вещества работают как «катализаторы» процессов подсознания, а не как лекарства. И, по мнению Эли Кольпа, директора института кетамина в США, диссоциативное состояние не является нежелательным побочным эффектом, а скорее причиной длительных ремиссий.

Кетаминовый легалайз

Благодаря тому, что Минздрав Украины разрешил использовать международные протоколы лечения, кетаминовая терапия, которой занимается Владислав Матреницкий, по сути легальна. Но юрист по медицинской практике Олег Юдин говорит, что введенные международные протоколы — не то же самое, что и клинические протоколы.

«В отличие от клинических, международные протоколы не адаптированы к возможностям украинской системы здравоохранения. К тому же они не всегда обязательны к применению. Минздрав, отстраняясь от адаптации международных руководств, перекладывает эту проблему на врача, который самостоятельно должен осуществить замену рекомендованных лекарственных препаратов, оборудования или технологий на аналогичные, имеющиеся в его распоряжении. Очень сомнительно, чтобы какой-то врач взял на себя такую ответственность, ведь если что-то пойдет не так, вся вина будет на нем», — объясняет адвокат.

Владислав Матреницкий не только решился заниматься новом направлением терапии на свой страх и риск, но и получил лицензию на использование психотропных препаратов. Такое разрешение выдается специалистам и учреждениям, которые соблюдают определенные требования к хранению подобных веществ. В одном из кабинетов центра «Экспио» есть сейф, в котором лежат ампулы с кетамином. А само помещение стоит на сигнализации, которую Матреницкий включает каждый вечер.

«На получение лицензии у меня ушло полгода. Было непросто, зато теперь у меня есть доступ и к другим препаратам, которые я хочу применять на практике, потому что кетамин не всем помогает. В какой-то мере я революционер. Но, как и многих революционеров, меня хотели заткнуть. Было дело, когда борцы за чистоту взглядов настучали на меня, мол, я зомбирую людей», — делится Владислав Матреницкий.

В 2019 году в Государственную службу Украины по лекарственным средствам и контролю за наркотиками поступила жалоба от общественных организаций о незаконном предоставлении «Экспио» услуг с использованием психотропов. В этом сообщении значилось, что у центра нет соответствующей лицензии. Однако ситуацию замяли, когда Матреницкий предоставил доказательства, что это была ошибка. Проблема была в том, что лицензию выдали не центру, а врачу как ФОПу, но на сайте он указал неправильную формулировку.

Сейчас в юридическом плане у «Экспио» нет проблем. Более того, это единственный такой центр в Восточной Европе. Поэтому люди специально приезжают сюда за кетаминовой терапией. Матреницкий рассказывает, что у него на приеме уже побывал американец, а также он ведет переговоры с иранцем, который тоже хочет попробовать кетаминовый трип в качестве лекарства.

Кетамин — не панацея

В течение нескольких дней после терапии к Анне приходили инсайты. Например, она осознала, что контролировала не только сына, но и маму, и даже собаку. Раньше, если кто-то из ее близких не отвечал на звонок, она обрывала все телефоны и мессенджеры и думала, что с ними произошло самое ужасное.

«После сеанса у меня появилось спокойствие, наблюдение и открытость ко всему происходящему. Всю жизнь я не могла расслабиться. А сейчас я не ругаю себя за залипание в телевизор. Это абсолютно другое качество жизни. Но тревога не ушла полностью. Однажды она накрыла меня ночью, но я начала по-другому с ней взаимодействовать: вернулась к картинкам, которые видела под кетамином и медитировала на них», — описывает свои изменения Анна.

Женщина считает, что одного сеанса кетаминовой терапии недостаточно, чтобы проработать замурованные в подсознании проблемы. Несмотря на то, что ей не понравилась усталость после первого раза, она хочет повторить этот опыт. Анна не думает, что это вызовет зависимость от препарата. Хотя есть исследования, предполагающие, что кетамин все-таки может быть аддиктивным. Правда, эксперименты проводились только на мышах.

Клиническая психологиня Карина, которая дважды употребляла кетамин в рекреационных целях, говорит, что это вещество может вызывать привыкание: «У кета нет сильных отходов. И это страшно, потому что тебя ничего не останавливает, чтобы заюзать его снова».

Психотерапевт Эрика Смит тоже пишет о привыкании, которые может вызывать кетамин: «Эксперты заявляют, что зависимость носит психологический характер. Это значит, что люди будут испытывать сильную тягу, но у них не обязательно проявится «ломка». Но как физическая, так и психологическая аддикция чрезвычайно затрудняют преодоление зависимости».

Поэтому Владислав Матреницкий и делает акцент на том, что одноразовые капельницы кетамина без терапевтической проработки психологических вопросов — это лишь костыль, а не решение. Для полной трансформации может понадобиться несколько месяцев комплексной работы над проблемой, причем не только с помощью кетамина. 

«Этот препарат — не панацея, а один из множества инструментов, которые можно использовать. Поэтому нужно осознанно пробовать разные методы и понимать, что подходит, а что — нет», — заключает врач. 

Наверх